С очень древних времен известны необозримые лесные дебри Костромской земли.
Старинная летопись говорит о них так:
«Те леса великие, страшные, дикие, непроходимые; во всем свете таких лесов мало, леса те подобны морю»
Тем не менее Костромская земля была заселена в глубокой древности. Люди выбирали места для создания своих поселений вблизи слияния рек, прежде всего больших. Стоянки первобытного человека находились и при впадении р. Костромы в р. Волга. Позже, в I тысячелетии, когда в Верхнем Поволжье сложился финно-угорский племенной союз, известный под названием меря, территория современного города Костромы стала стойбищем большого рода.
К 6-7 векам нашей эры окончательно обособилась не только марийские племена, часть которых проживала на востоке Костромского края (на территории Ветлужского края), но в основном завершилось формирование еще одной группы финно-угорских племен – племен меря (часто соседские народы, особенно северные руссичи называли их мерянами.
Меряне проживали на большей части территории Костромского края. И еще раз напоминаю читателям, что меряне сформировались на основе племен дьяковской культуры. Представители финно-угорского племени меря селились по берегам рек, занимались охотой, рыболовством, сбором меда диких пчел, скотоводством и земледелием. Костромские меря поддерживали тесные связи с жителями соседних земель, обменивались с ними товарами, расширяли свою славу искусных ювелиров.
Одним из первых археологов, исследовавших мерянские памятники в середине 19 века, был граф Уваров. Раскопав значительное количество курганов, содержавших мерянские украшения и бытовые предметы, он определил их как мерянские. При раскопках вокруг озера Неро были обнаружены Сарское городище (племенной центр мери) и 19 селищ, принадлежавших мерянам. Указанные поселения располагались на склонах возвышенностей коренного берега озера, занимая берега ручьёв и рек Сара, Устье, Которосль в пределах досягаемости друг от друга. Другое гнездо мерянских селищ расположено вокруг озера Плещеево. Одно из селищ расположено около озера Савельево (южнее Плещеева озера на 40 км). С меньшей плотностью памятники мери расположены по течению реки Нерли Клязминской, в окрестностях Ярославля и в Костромской области вплоть до Галича Мерьского, где, возможно, существовал центр мери.
Процессы, происходившие в третьей четверти I тыс. н. э. в междуречье Волги и Клязьмы исследовались в работах А.Е.Леонтьева. В культуре второй половины I тыс. н. э. не прослеживается связей с предшествующими дьяковскими древностями. В третьей четверти первого тысячелетия формируется иное культурное образование, связанное с появлением нового населения. Увеличивается численность населения, в хозяйстве ведущую роль занимает земледелие.
Леонтьев выдвинул предположение, что пришлым населением являлась финноязычная меря, что стало основанием для названия культуры «мерянской». Вопрос происхождения этого населения Леонтьев оставляет открытым, высказав предположение, что миграция могла происходить из района культуры рязано-окских могильников.
По наблюдению В.В.Седова, особенности культуры Волго-Клязьменского междуречья (погребальная обрядность, комплексы женских украшений и керамика) демонстрируют невозможность их генезиса из древностей рязано-окских могильников. По мнению исследователя, вопрос сложения новой культуры невозможно решить без анализа распространения предметов провинциально римских типов, которые отражают прилив населения из Среднеевропейского ареала. По мнению Седова, формирование мерянской культуры связано с взаимодействием среднеевропейских переселенцев с местными финскими племенами, а сама культура родственна тушемлинской и псковских длинных курганов. По наблюдениям Седова, основными создателями мерянской культуры были не местные финны, а среднеевропейские переселенцы, так как только так могла сложиться новая поселенческая структура, остававшаяся неизменной и в Древнерусское время, а в хозяйстве могло возобладать земледелие. Как и в других регионах лесной полосы, затронутых среднеевропейской миграцией, в составе переселенцев преобладал славянский элемент. Об этом, по наблюдениям Седова, свидетельствует распространение браслетообразных височных колец с сомкнутыми или заходящими концами.
Археологические наблюдения, по замечанию Седова, доказывают акцентологические исследования, согласно которым восточно-великорусские говоры междуречья Волги и Оки составляют особую четвёртую группу.
Согласно выводам исследователей,
«диалекты этой группы ввиду сугубой архаичности их акцентной системы не могут быть объяснены как результат вторичного развития какой-либо из известных акцентологических систем, а должны рассматриваться как наиболее раннее ответвление от праславянского; этнос носителей этого диалекта представляет, по-видимому, наиболее ранний восточный колонизационный поток»
Как замечает Седов, меря, которая участвовала в призвании варягов и походах Олега, было уже не поволжско-финским племенем, а населением из Ростовской земли, сформировавшимся в условиях славянско-мерянского симбиоза. Эволюция культуры, быта и экономики при перерастании мерянской культуры в древнерусскую была поступательной, без резкого слома.
По мнению антрополога В.П.Алексеева, финский субстрат, характеризующийся плосколицестью и плосконосостью, оказывал серьёзное влияние на формирование средневекового восточнославянского населения, в том числе на словен, кривичей и вятичей, но он не был основным компонентом в сложении современного русского народа — на протяжении II тысячелетия он практически полностью растворился.
Современное восточнославянское, и особенно русское население по своим антропологическим признакам отличается от средневекового восточнославянского населения и приближается к средневековому западнославянскому и южнославянскому населению. Чтобы объяснить этот парадоксальный факт, Алексеев связывает это с тем, что у русского и финского населения были разные темпы прироста, из-за того, что у славян была более высокая культура и более высокий уровень экономического и общественного развития, а также с более поздними славянскими миграциями на территорию проживания восточных славян в первые века II тысячелетия, в основном с запада и юго-запада, которые привели к увеличению славянского населения и растворению в нём финских этнических элементов.
Известно, что задолго до появления немногочисленных славянских переселенцев на территории вокруг озера Неро был один из крупных центров народа Мерян. Озеро, являлось одним из священных мест. Культовыми святынями народа считались Синие камни, находящиеся на небольшом острове посредине озера; возможно. Да и сам остров играл важную роль в языческих обрядах, так как Меряне видели в нём некую первозданную землю. С юга в озеро впадает река Сара.
6 век — меря впервые была упомянута готским летописцем Иорданом под названием меренс (merens) как данник короля готов Германариха. Исследователи в меренс видят финно-угорское племя меря. Позднее сведения о мере можно найти и в руссих хрониках. Согласно летописи «Повесть временных лет», меря располагалась в районе озёр Неро («Ростовское озеро») и Плещеево («Клещина»). По предположению А.Е.Леонтьева, в 6 веке мерянские племена переместились из района средней Оки (культура рязано-окских могильников) на север. При этом В.В.Седов считает, что Леонтьев не пытался подкрепить свою догадку фактическими данными. Анализ культуры рязанско-окских могильников и древностей Волго-Клязьминского междуречья второй половины I тыс. н. э. достаточно определённо демонстрирует невозможность их генезиса. Отличаются также погребальная обрядность, комплексы женских украшений и керамические материалы.
Примерно в 750 году на территории низовий Камы и на средней Волге (это территория современного Татарстана) поселился новый тюркоязычный народ – булгары. Это тюркский народ, пришедший на Среднюю Волгу (в низовья Камы) с юга – с территории степей Северного Кавказа. На этой территории стало формироваться новое государство – Булгария Волжско-Камская со столицей в городе Булгар.
В это же время у восточных славян (русичей) тоже появляются племенные княжества со своими центрами. Это происходило в верховьях Оки и Волги, а также на территориях, прилегающих к древним городам – Новгороду, Пскову, Ладоге, Смоленску, Полоцку, Киеву, Переяславлю, Турову, Волыни, Рязани, Ростову, Мурому. Ближе всех из славянских племен к Костромскому краю проживали кривичи – они жили около древнего города Ростова (современная Ярославская область), также славяне ильменские, которые проживали около города Белоозеро (это в современной Вологодской области). Именно со стороны города Ростова, а также со стороны города Мурома шло продвижение древних русичей на восток – в сторону Костромского края. Со стороны Белоозера русичи заселяли северные земли (Вологду, Великий Устюг, Архангельск).
Основа хозяйства мери — пашенное земледелие. Среди занятий можно выделить также скотоводство, огородничество, охотничий и рыболовный промысел. Среди ремёсел были наиболее развиты: кузнечное, бронзолитейное и косторезное. По мере распространения южных славян на северо-восток (начиная с 9 в. на территорию мери), племя оказалась в их сфере влияния. В связи с тем, что культура мерян и их сеседей – русичей были похожими, процесс смешения их происходил относительно быстро.
В 859 году согласно «Повести временных лет», мерян обложили данью варяги.
В 882 году меря принимала участие в военных походах Олега на Смоленск, Любеч, Киев.
907 год — последнее упоминание мери как отдельного народа, когда меряне в составе войска Олега пошли на Царьград (Константинополь).
10-11 века — начало слияния меря с восточными славянами. Эта территория позднее стала основой Владимиро-Суздальского княжества.
1171 и 1088 год – восстание против насаждения христианства и феодальных порядков, меря входила в состав восставшего населения.
В «письме брата Юлиана о монгольской войне» впервые упоминается Меровия (Merowiam), которая наряду с несколькими языческими царствами была завоёвана татарами. По мнению С.А.Аннинского Меровия находилась к северу от реки Волги, между реками Унжа и Ветлуга. Л.Н.Гумилев считает, что эти страны были захвачены в 1235 году. Н.В.Морохин предполагает, что в Меровии есть два этнотопонима, указывающих на проживавшую в этих местах мерю – Маура, Мериново.
До сих пор среди историков идут споры о происхождении народа меря. Даже сейчас во многих книгах по истории Костромской области авторы пишут, что на территории нашей области до прихода славян жил марийский народ. Часто авторы не делают различий между племенами меря, населяющими большую часть Костромского края и племенами мари (северных марийцев – черемисов), живших в 6-8 веках на востоке нашего края – в долине реки Ветлуги.
По всей видимости, название народа меря произошло от угро-финского слова «мёри», что означало «человек». Очень похоже называют себя и ныне существующие близкие мерянам народы — «мари» — марийцы, «морт-коми» — коми (зыряне), «морт-уд» — удмурты (вотяки), «морт-ва» — мордва. Существует ещё умозрительная версия, что слово «меря» и самоназвание проживающих на западе Марий Эл современных горных марийцев, звучащее приблизительно как «мяры», представляют собой однокоренные слова.
Ряд учёных (М.Фасмер, Т. С. Семёнов, С. К. Кузнецов, Д. А. Корсаков, Д.К.Зеленин) отождествляют мерю с мари. Луговые марийцы воспринимают слово меря как русифицированное самоназвание западной ветви мари — Мäрӹ. «История о Казанском царстве» упоминает черемисов как коренных жителей Ростова, не пожелавших креститься и поэтому покинувших город. Другие учёные (П. Д. Шестаков, А.К.Матвеев) не отождествляют мерю с мари, но считают марийцев наиболее близким к мере финно-угорским народом.
В то же время Матвеев признаёт, что
«несмотря на многочисленные попытки отделить этнонимы меря и мари друг от друга, есть всё же намного больше оснований видеть в них фонетические варианты одного слова…»
И все таки лично я считаю, что народ меря возник именно как симбиоз из финно-угорских племен, родственных древним марийцам (или мурома) и переселившимся на северо-восток верхнедневровскими (славянскими) племенами. Но возможно такое переселение шло и со стороны территории Великого Новгорода (согласно легенд именно там начался формироваться древне-русский народ (русичи).
До сих пор в исторической литературе, часто появляются высказывания, что «Кострома – черемисская земля», это грубая ошибка. Во первых черемисы жили только в восточной части Костромского края (в Ветлужском крае), а большую часть Костромской области вплоть до 10 века населяли меря (меряне).
На самом деле меря и мари разные народы, хотя и близкие по истории возникновения, культуре и языку. Но южнее меря жили другие родственные им племена – мурома и мещера. А восточнее и севернее мари жили родственные им племена – племена вотяков (предков современных удмуртов).
Согласно этимологии, мари (древних марийцев) – это народ, живущий под покровительством древней богини Мары. Мара — воплощенная судьба, “божество-пряха”, дарующая жизнь и смерть, божество в женском облике: она и марево (полдень, полдневный зной), и мрак (ночь, тьма, морок). Мара – это мера и смерть, мрак и туман, душа и мать-природа, — это то, что за пределами человеческого понимания, конец и источник бытия; существо, наделенное универсальной властью, особо влияющее на жизнь и судьбы людей. Мара — форма материализации потусторонней Силы, связанная с состоянием морока или марева в облике колеблющейся высокой белой фигуры. Влияние Мары на верование марийцев сильно. Я думаю, что на мерянский народ (народ меря) также было сильное влияние богини Мары, возможно и название меря связвно с этим именем.
Некоторые марийские историки утверждают, что имя «мари» марийский народ получил от имени древнего иранского бога Мара, но я не встречал такого бога у иранцев. Зато есть много богов с именем Мара в индоевропейских народах.
Мара — в западно- и восточно-славянской традиции женский мифологический персонаж, связанный с сезонными обрядами умирания и воскресания природы.
Мара — ночной демон, призрак в скандинавской и славянской мифологии
Мара в буддизме — демон, персонифицируется как воплощение безыскусности, гибели духовной жизни
Мара — в латышской мифологии богиня, опекающая коров. В некоторых случаях она совпадает с мифологизированным образом девы Марии.
В итоге я считаю, что название «меря» (мерян) имеет свое происхождение с времен, когда уральские и индоевропейские народы жили рядом или были единым народом (гиперборейцами, бореями, биармийцами). Возможно и современное слово «миряне» (мирные люди) имеет свое происхождение от слова «меряне».
Расселение племен можно посмотреть на карте племен, которая расположена ниже.
По карте можно увидеть, что западными соседями меря, мурома и мещера были восточнославянские племена — славяне ильменские, кривичи и вятичи. Это были древнерусские племена. Откуда они там взялись?
Мы знаем, что славяне, как и все финно-угорские народы произошли от племен шигирской культуры, они также являлись частью верхневолжской культуры. Что же было с ними потом?
На основе потомков племен верхневолжской культуры, расселявшихся на юг и запад, а также племен шнуровой керамики (это западная группа ямной культуры, часто эти племена называют древними ариями), продвигающимися на запад в верховьях Днепра возникла средне-днепровская культура. Эта культура существовала примерно с 2300 г.д.н.э. до 1300 г.д.н.э. Эту группу уже можно называть предками восточных славян (предшественниками древних русичей), но это только условно. С тех времен еще происходили разные этнические и языковые изменения в языке и культуре наших предков.
Завершая ответ на вопрос где жили праславяне (северная половина Украины, Белоруссия, Смоленская и Брянская области) и это племена среднеднепровской археологической культуры, я сообщу, что потомками племен этой культуры были племена культуры Злота, Тшцинецкой, Сосницкой, Белогрудовской, Чернолесской, Поморской, Зарубинецкой, Милоградской, Оксывской, Пшеворской, Днепродвинской культуры и во всех этих культурах язык пра-славян был доминирующим. Об этом надо много еще писать, но наша книга посвящена истории Костромского края, по этой причине тему этнической истории возникновения древних русских племен мы не будем рассматривать.
Завершим этом вопрос тем фактом, что к 8 веку нашей эры древние русские племена славян ильменских, кривичей и вятичей проживали недалеко от Костромкого края (это видно по карте).
Если черемисы в основном жили на территории между реками Ветлуга и Вятка, то меря (меряне) жили к западу от реки Ветлуги, включая всю Костромскую область.
1024 год – одно из самых крупных крестьянский восстаний, которое связано с именем меря. Поводом стал великий голод, охвативший суздальскую землю. Причем, согласно летописям, ему предшествовали «безмерные дожди», засуха, преждевременные заморозки, суховеи. Для мери, большинство представителей которых выступало против христианизации, это очевидно выглядело «божественным наказанием». Во главе бунта стали жрецы «старой веры» — волхвы, которые попытались использовать шанс, чтобы вернуться к дохристианским культам. Впрочем, неудачно. Мятеж был разбит Ярославом Мудрым, зачинщики были казнены или отправлены в изгнание. Местное мерянское население враждебно относилось к христианству, которое поддерживало неравество и угнетение. Часть недовольных мерян переселялось на восток — к черемисам и в Булгарию.
Несмотря на скудные данные, которые нам известны о народе меря, ученым удалось восстановить их древний язык, который в отечественной лингвистике получил название «мерянский». Его реконструировали на основе диалекта ярославско-костромского поволжья и финно-угорских языков. Ряд слов удалось восстановить благодаря географическим названиям.
Так оказалось, что окончания «-гда» в центрально-русской топонимике: Вологда, Судогда, Шогда – наследие мерянского народа. Несмотря на то, что упоминания о меря полностью исчезли в источниках еще в допетровскую эпоху, сегодня есть люди, которые относят себя к их потомкам. В основном, это жители Верхнего Поволжья. Они утверждают, что меряне не растворились в веках, а составили субстрат (подоснову) северной великорусской народности, перешли на русский язык, и их потомки называют себя русскими. Впрочем, никаких доказательств этому нет.
Как видно из вышеизложенного, в 11-12 веках меряне, жившие в западной части Костромского края еще жили в перемешку со славянами – русичами. Но процесс смешения русичей и мерян нарастал.
14 век — последнее упоминание о мерянах. Когда в XIV в. Авраамий Галичский решил поселиться на Галичском озере, там жили «человеци по дубравам некрещении, наричеми меря» Меряне стали составной частью русского народа, жившего на севере и северо-востоке Киевской Руси.
Мифология и религия мерян
Особо следует сказать о почитании мерянами «синих камней». Этнограф А. Альквист предположила, что название «синий» у культовых камней мерян связано с именем Укко, верховного божества грозы финской мифологии, имевшем прозвище «Синяя накидка» (Sinivitta), который в мифах часто представал в одежде синего цвета. Почитание часто встречающихся на «синих камнях» углублений в виде «следов» и «чаш», а также скапливающейся в таких углублениях талой и дождевой воды вероятно связано с культом предков.
Также характерная общая черта финно-угорских мифов — это трёхчастное деление пространства (верхний — горный мир, земной — долинный и низший), с непременным стержневым элементом (осью). Ось могли олицетворять дерево или гора. Создатель и высшние Боги обитали в мире небесном; духи природы, покровители людей и животных — в мире среднем; нижний мир — был пристанищем злых духов и их Бога Шайтана (у мари — Керемета).
В мерянском фольклоре река, как и вообще проточная вода,
«мыслилась некой границей разделения жизни и смерти…»
(Плешанов Е.В. К вопросу о происхождении названия «Ростов»//История и культура Ростовской земли. — Ростов, 1998)
«Тот свет» располагался ниже устья Большой реки на север или запад от поселения. Для жителей Сарского городища таким направлением мог служить путь по Саре на Неро.
Согласно мифологическим представлениям древних Мерян, верховный бог, приняв облик водоплавающей птицы, скорее всего утки, стаи которых во множестве обитали в камышах озера, обозначил пути перелёта птиц, приносивших с собой обновление природы. Птичьи караваны как раз пролетали над Сарским городищем и поворачивали на север к озеру Неро.
Вероятно, вблизи Сарского городища находился главный культовый центр Мерян-язычников. Культ водоплавающей птицы был не случаен, т.к. это единственное живое существо, способное передвигаться в любом направлении по воздуху, воде и земле. В свою очередь, культ священной птицы связан с представлениями о плодородии, жизненных циклах растений, животных и человека, с культом воды. Если учесть, что мерянское «Ка» означает «один», то Каово или Каава (старинное название озера) может переводиться как «Одна мать или Первая мать», то есть богиня воды для народа, селившегося на берегах озёр и рек.
Вполне возможно, что и древние Меряне называли своего Бога Неба — Юмол (Юм). В современном язычестве родственного Мерянам Марийцев почитается верховный бог Неба — Ош Кугу Юмо (Юмо и сейчас по-марийски — Бог).
Первоначально слово «Юмо» в финских языках значило Небо, и в этом смысле оно до сих пор употребляется в некоторых случаях, например в выражениях «юмо волгалтла», небо проясняется; «юмо йуклана», небо гремит; «юмо пылайте», небо в облаках; в сложных словах — юмонÿдыр, «горизонт» (букв. «край неба»), юмонлулеге, «мироздание» (букв. «остов неба»). Позже, оно стало обозначать верховное божество: юмонкÿй, «жертвенник» (букв. «камень Юмо»), юмонпундаш, «небо» (букв. «дно Юмо», ср. морд. Pundas < др.-инд. budhnas. Ветер — дыхание Юмо, радуга — боевой лук (jumyn joŋež < праур. *jonks).
Юмол пребывает в своем небесном доме на золотом престоле, откуда ему видны все дела людей...
Мерянский язык повлиял на русский на всех уровнях. В фонетике северных великорусских говоров на территории бывшей «Мерянии» сплошь и рядом встречаются
Отметим, что у славянских народов колдуньями считаются в основном женщины, причем пожилого возраста, а вот у финно-угров – мужчины средних лет. Уроженец тех же мест – актер Михаил Пуговкин, настоящая фамилия которого даже звучит по-мерянски – Пугорькин. Пуговкиным он стал только по приезде в Москву. А пугорьками с ударением на первый слог в Костромской и Вологодской областях называли холмы, бугорки. На такой вот «пугорьке» стояло село Раменье, где и родился известный киноактер
Согласно авторитетному мнению Е.А. Хелимского, грамота является записью заговора. В ней употребляется имя небесного бога Юмола: ему принадлежат стрелы, которыми бог поражает злых духов — правит небесный суд (обладая, между прочим, чудесной способностью метать сразу три стрелы); показательно, что в финском фольклоре словом Юмола могут обозначать и христианского Бога, и колдуна. Записанный заговор явно направлен против духов болезней, которых и в русских заговорах истребляют Божьи стрелы.
