Когда я был мальчишкой, для меня, как и для других детей было радостным ожидание наступления праздника Нового года. Сейчас в моей памяти всплывают думы об этом торжестве, когда приходили из тёмного заснеженного леса добрый Дед Мороз с мешком подарков и Снегурочка. Тогда я искренне верил в их существование. Теперь многое изменилось в моём сознании. Я потерял доверчивость, свойственную ребёнку, который будет верить во всё, что ему преподносят взрослые. Естественно, что проходило время, когда я вырастал и пытался, как и многие другие понять смысл этого и других праздников. В настоящее время перед моим взором и пониманием предстаёт отвратительное и унизительное зрелище проведение общепринятых праздников. Порой мучительно смотреть, как твои близкие люди с нетерпением ждут застолья у телеэкранов. И вот, подняв свои бокалы с шампанским, когда стрелки часов будут указывать на двенадцать часов ночи и раздастся звук ударов московских Курантов, люди представляют переход в новое измерение. Может в этом суть нового летоисчисления?
Есть у них разного рода лютни, гусли и свирели. Их свирели длиной в два локтя, лютня же их восьмиструнная. Их хмельной напиток из мёда. При сожжении покойника они предаются шумному веселью, выражая радость по поводу милости оказанной ему богом. Рабочего скота у них совсем немного, а лошадей нет ни у кого, кроме упомянутого человека (князя). Оружие их состоит из дротиков, щитов и копий, другого оружия они не имеют. Глава их коронуется, они ему повинуются и от слов его не отступают. Место пребывания его находится в середине земли славян и упомянутый глава, которого они называют “главой глав” (ра’ис ар-руаса), зовётся у них свиет-малик, и он выше супанеджа, а супанедж является его заместителем (наместником). Царь этот имеет верховых лошадей и не имеет иной пищи, кроме кобыльего молока. Есть у него прекрасные, прочные и драгоценные кольчуги. Город, в котором он живёт, называется Джарваб, и в этом городе ежемесячно в продолжение трёх дней проводят торг, покупают и продают. В их стране холод до того силён, что каждый из них выкапывает себе в земле род погреба, к которому приделывают деревянную остроконечную крышу, наподобие христианской церкви, и на крышу накладывают землю.