Краткая история
Кругами, в которых формировались первые небольшие общины, были, прежде всего, исследователи русского фольклора и ремесла, этнографы, художники и историки (В. Бутров, Н. Сперанский, К. Якутовский, А. Рядинский, позднее К. Васильев, А. Белов), именно они и составили костяк идеологов современного славянского неоязычества. При этом корни языческого возрождения кроются еще в дореволюционном прошлом России – творчестве А. Блока, К. Рериха, И.Стравинского, исследованиях народных ремесел, художеств, фольклора.
На первом этапе возникновения славянского неоязычества – 70-е – сер. 80-х гг. язычество определялось наличием интереса к дохристианскому прошлому России и дохристианской мировоззрению. Резкое ослабление давления советской идеологии, слабость тогдашнего православия привели к тому, что небольшая группа исследователей фольклора и людей, интересующихся прошлым России, обратилась к воззрениям дохристианской Руси. Первые группы-общины состояли из интеллектуалов, возглавляемых учителями-лидерами (Н. Сперанский, К. Якутовский, А. Рядинский, частично В. Бутров, Добровольский и др.), т.е. человеком, который, по мнению своих последователей, достиг высот в познании языческой мировоззренческой, философской и магической Традиции. Этот этап характерен прежде всего углубленными поисками в области магии и традиционного мировоззрения, опирающимися в основном на этнографический материал. Эти группы были весьма немногочисленны, но именно в них приходили люди, которым было суждено стать лидерами второго этапа. Главными фигурами этого этапа были: Николай Сперанский (Велимир), физик по образованию, один из первых стал разрабатывать мистические славянские практики, тяготея к шаманизму, призывает возвращаться к «естественной» жизни, отказываясь от технологий и городской цивилизации; Анатолий Васильевич Рядинский (Берендей). Будучи в свое время партийным функционером, он стал на излете советской власти директором турбазы в Подмосковье, которую переделал в своеобразный уголок языческой Руси, со своей архитектурой, порядками и установлениями, где создал свою общину. Берендея, в отличие от многих, интересует внутреннее совершенствование человека, развитие заложенных Природой способностей, эта община стала единственной, постоянно живущей согласно языческому мировоззрению, поэтому его общину составляют люди, которые ради поиска себя готовы отказаться от привычной жизни и уехать на природу; основным разработчиком обрядов стал Григорий Павлович Якутовский (Всеслав Святозар), профессиональный психолог, стал одним из главных идеологов современной неоязыческой обрядности, его ученики составили костяк лидирующей в этом направлении общины «Коляда вятичей». Он начал издаваться одним из первых, первые работы Якутовского публиковались еще самиздатовским способом.
Несколько особняком отстоит фигура А. Добровольского (Доброслав), бывшего диссидента, который придерживается откровенно профашистской позиции и является одной из самых уважаемых фигур в наиболее радикальном крыле неоязыческого движения. Доброслав основал свое движение Вятской обл., сам переселился в село Весенево Шабалинского р-на. Свою идеологию он называет «русский национал-социализм», основными положениями которого являются: принятие язычества в качестве природного славянского мировоззрения, признание христианства, или как его называет сам Доброслав, «жидохристианства», за чуждую, насильственно внедренную религию. В июле 1999 г был избран Верховным волхвом Союза Славянских Общин В. Казакова. Политическим идеалом его является приход к власти русских национальных социалистов, воспитанных на работе Доброслава «Природные корни Русского Национального Социализма». Нынешняя власть он называет властью сионистов и жидомасонов, врагов русского народа. Пользуется поддержкой, сам активно поддерживает местное отделение КПРФ.
Второй этап начался во 2-й половине 80-х гг. ХХ в. закончился, ориентировочно, в середине 90-х гг., хронологически совпав с Перестройкой. Безусловно, его предпосылками стали большая открытость общества, возможность свободно выражать свою позицию. Одной из многих причин стало увлечение значительной части интеллигенции восточными религиями, йоговскими практиками, которые во многих случаях пробудили интерес к аналогичным системам в России. Также особое место в неоязыческом мировоззрение занимают заимствования из индуизма. Стоит отметить, что число неоязыческих общин, в качестве идеологической основы выбравших индуизм и так было невелико, а на момент составления справки свелось практически к нулю. Заимствования из индуизма объясняются, прежде всего, тем, что в Индии арийская традиция сохранилась наиболее полно и, в отличие от других арийских культур (кельтская, славянская, германская, средиземноморская и иранская культуры), не подверглась подавлению «агрессивными», какими их считают неоязычники, монотеистическими религиями – христианством и исламом. В своих реконструкциях язычники опираются на индуизм именно как на наиболее полно сохранившийся образец арийской традиции. Этим же объясняются и определенные заимствования из индуизма. Одновременно, они проводят параллели со скандинавской и кельтской традициями.
Главными чертами второго периода стали, прежде всего, резко возросшее участие неоязычников в общественной жизни, открытое заявление своей позиции, начало оформления как мировоззренческой концепции, появление большого числа язычествующих неофашистов, склонных к крайним формам политического действия, интересующихся гитлеризмом. Также стоит постоянный, но волнообразный, рост численности движения в целом, резкая активизация издательской деятельности, появление первых объединений и создание огромных общин (ок. 1 тыс. чел.). Движение во многом радикализировалось, но при этом фактически оформилось современное разделение по группам – общины, занимающиеся боевыми искусствами, исторической реконструкцией, этнографическими разработками, разработкой культов и общинами, которые занимаются мистическими поисками и фактическим определением идеологии движения в целом. Также оформились два основных на данный момент культа – Перуна (воинский) и Велеса (мистико-философский).
На этом этапе появились и оформились славянские боевые искусства — «ратоборства», как некий идентификационный признак движения. Фактическим лицом этого этапа стал А. Белов (Селидор), филолог по образованию. Именно он разработал комплекс славяно-горицкой борьбы, фактического лица неоязыческого движения, основанным, в отличие восточных единоборств, на другом ритме боевых движений, ином мировоззренческом комплексе. Интерес к славянским боевым искусствам возник у Белова после занятий модным в кон. 70-х гг. карате, когда его заинтересовал вопрос о существовании аналогичной системы в России. С помощью этнографа Б. В. Горбунова, специалиста по обрядовой народной борьбе, снабжавшего Белова информацией о сохранившихся обычаях, во многом опираясь на которые он и выработал систему славяно-горицкой борьбы. Первые публикации о воссоздаваемой системе появились в 85-86 гг. в журнале «Клуб» появление которых стало в то время сенсацией. Тогда же Беловым был организован Национальный клуб древнерусских ратоборств, который, до середины 90-х, являлся главным, и фактически единственным, центром славяно-горицкой борьбы. Само название – «славяно-горицкая борьба» было придумано Беловым от слова «горица» – курган, где на тризне, в память по усопшим, проводились ритуальные поединки. Характер этих поединков, по мнению Белова, был не соревновательный, а состязательный, т.е. смысл поединка состоял не в победе, а в демонстрации силы и удали. По мнению главы одного из клубов славяно-горицкой борьбы Е. Латышева, главная особенность ее, прежде всего, в состязательном, а не соревновательном характере. На основе этнографических экспедиций Белова и отзывов на публикации был выработан главный принцип борьбы – активное передвижение, одновременно с активным использованием коленных и локтевых суставов. При этом техника боя построена на импровизации, – в славяно-горицкой борьбе нет понятия «стойки», многие борцы называют ее просто «русской дракой», без многочисленных предварительных условий, соревновательных стандартов. Можно выделить следующие основные разновидности стилей славяно-горицкой борьбы – «Влесова боротьба» (Велесова борьба), своеобразный аналог греко-римской борьбы; стеношная борьба (стенка-на-стенку); охотницкий бой – активное передвижение вокруг противника, атака наскоком; подсайдашный бой – с холодным оружием.
По опросам к 1996 г. так или иначе, славяно-горицкой борьбой занималось около 40 тысяч человек, но далеко не все из них являлись язычниками, значительная часть воспринимала борьбу только как один из видов боевых искусств. В 1998-1997 г. Белов пошел на раскол движения, основав свою Всемирную лигу славяно-горицкой борьбы, резко сузив круг ее участников, по собственному признанию, до 200 человек. Все остальное движение раскололось на множество клубов.
Главным культом стал культ Перуна – бога воинов. Именно круги, близкие к Белову формировали первые языческие славянские общины в провинции. Распространение школы ратоборства по России являлось фактическим распространением и язычества. На этом этапе многие, заинтересованные новым видом боевых искусств, постепенно переходили в язычество. Если раньше группы-общины были в основном в крупных городах, таких как Москва, Ленинград и обуславливалось большим количеством исследователей народной культуры, то на этом этапе язычество фактически распространилось по стране, и стало фактом общественно-религиозной жизни. В связи с мгновенным ростом популярности нового вида единоборств, его достаточно четкой религиозной окраске, резко вырос авторитет самого Белова и на данном этапе он стал олицетворять движение в целом, хотя он был главой лишь своей общины, хоть и крупнейшей в стране.
Формирование воинских культов привело к тому, что многие неофашисты примкнули к языческому движению. По все видимости, их привлекал культ силы, мужественности, характерный для язычества, возможность религиозного обоснования расизма, новое осмысление лозунга «Россия для русских». С другой стороны, подавляющее большинство привержены разным формам национализма – от мягких до таких радикальных, как неофашисты. Характерное для язычества почтение к героям, культ силы и мужества явились идеальными условиями для появления язычествующих неофашистов. Они также привнесли и нечто новое – если для уже существующих форм язычества не характерно стремление к жесткой организации, то неофашистские общины такую организацию имеют. У них есть лидер, авторитет которого в общине если не абсолютен, то достаточно высок. Одной из главных центральных фигур является Доброслав (см. выше). Стоит также отметить, что в язычестве их привлекает не само содержание идеологии, не философия и вероучение, а возможность обоснования ненависти к евреям, христианам (в чем они перекликаются с сатанистами) путем провозглашения себя арийцами-носителями истины, что и составляет суть их идеологии. Главным культом является культ Перуна, практически все фашиствующие неоязычники занимаются славяно-горицкой борьбой. Стоит отметить, что фашиствующие язычники держатся особняком, не особо контактируя с язычниками-интеллектуалами. Часть РНЕ, несмотря на формальную принадлежность ее лидера А. Баркашова к РПЦ, придерживается неоязыческой ориентации достаточно агрессивно относится к христианству. Правда, сами члены РНЕ свое язычество не выставляют, видимо из-за жесткой авторитарности организации РНЕ.
Одновременно с этим движением возникали небольшие общины из историков, исследователей фольклора, как в провинции, так и в Москве. Эти общины занимались в основном разработкой обрядовой и вероучительной традиций. Однако, их отличала от общин 1-й волны (откуда они и вышли) более глубокая проработка, привлечение новых источников, стремление к более активной социальной роли, чему благоприятствовала обстановка в стране — свобода выражения своего мнения, публикации книг, периодических изданий. Стоит отметить, что стремление к государственной регистрации языческим общинам вообще не свойственно, в Москве, например, регистрацию имело порядка 5 общин, но далеко не все из них проходили повторную перерегистрацию (достоверно известно только про Московскую Славянскую Языческую общину). В провинции лишь немногие общины регистрируются как религиозные организации, что зависит от конкретной ситуации в регионе. Вообще для язычников характерно недоверие к власти и отсутствие какого-либо стремления регистрироваться. Общины, выросшие из славяно-горицкой борьбы регистрируются, как правило, как спортивные и, реже, общественные организации.
Возникновение интереса к прошлому России в перестройку породило феномен военно-исторических клубов, т.е. организаций, занимающихся реконструкцией воинских обычаев и формы различных эпох. Как правило, такие клубы занимаются скрупулезной реконструкцией костюмов строго определенного периода и четкой идеологии не придерживаются. Однако, клубы, реконструирующие воинский костюм и обряды эпохи крещения Руси выходили зачастую из славяно-горицкой борьбы или сами приходили к необходимости обоснования воззрений того периода. Правда, для них язычество является, как правило необходимым элементом воинского костюма IX – XI вв. Многие из военно-исторических клубов восстанавливали т.н. «скандинавскую» традицию – т.е. воинский костюм викингов. При этом, что вполне закономерно, они придерживались скандинавского пантеона и ритуалов. Военно-исторические клубы проводят совместные сборы, на которых устраиваются т.н. «Ролевые игры» – реконструкция саг, мифов и т.д. Часто в этих играх принимают участие и общины, выросшие из славяно-горицкой борьбы, в которых также восстанавливаются костюмы и воинские приемы, хоть и не столь целенаправленно.
Одним из факторов, способствующих привлечению людей к движению, стало появление русской «фэнтези» – направления научно-популярной фантастики, своего рода сказкам, но построенным на языческом мировоззрении, воспринятым современным человеком (М. Успенский, Ю. Никитин, М. Семенова). В большинстве своем, книги в этом стиле построены на описании подвигов героев в реалиях дохристианской Руси. Главное — это провозглашение языческих идеалов, как максимально отвечающих образу «истинного мужчины». Христианство зачастую преподается как подлая религия, цель которой – поработить славянские народы. Дохристианский период провозглашается своего рода «золотым веком» Руси. По своей сути, эти книги отражают определенное массовое сочувствие к язычестве, т.к. выходят большими тиражами и на самом деле привлекают к язычеству все новых и новых сочувствующих. Однако для книг «фэнтези» характерна крайне слабая проработка мифологии, граничащая с определенной безграмотностью авторов книг в этом вопросе.
Также для второго периода характерно и возникновение первых объединений – попытка Белова создать Ассоциацию славяно-горицкой борьбы, привлечение Московской Славянской Языческой Общиной в качестве членов многих провинциальных общин и, наконец, появление Союза Славянских Общин (ССО, гл. – Вадим Казаков, 1995 г.). Однако все эти объединения, кроме ССО, оказались нежизнеспособны и фактически распались на отдельные общины, да и сам союз входит не более 10 общин.
Третий этап начался в середине 90-х гг. Для него характерно образование множества небольших общинок, слабо организованных, представляющих собой объединение группы людей вокруг какого-либо лидера. В язычество стала приходить интеллигенция. Центр тяжести развития движения переместился от «спортсменов» и «реконструкторов» к общинам, ориентированным более на собственно религиозный поиск и разработку нового мировоззрения. Стоит отметить, что в отличие от первого этапа уровень проработки вероучительных вопросов резко снизился, зато большее значение стало придаваться мистике, «поиску себя». В отличие от первых двух, общины этого этапа отказались от упора на скрупулезную реставрацию культов, обрядов, одежды и перешли к выработке нового мировоззрения, основанного на собственных представлениях о славянском язычестве. На этом этапе появилось множество эклектичных языческих идеологий, стремящихся объединить в себе множество различных языческих традиций — славянскую с индуистской, кельтской, скандинавской и т.д. Однако к кон. 90-х гг. большинство общин отказалось от подобных сплавов и стало ориентироваться на славянскую традицию. Большое количество общин, отсутствие традиции обусловило появление множества людей, претендующих на лидерство за рамками возглавляемых ими общин. Многие из них претендуют на роль идеологов языческого движения. В отличие от первого этапа, когда сначала собиралась общины, а из нее выходили мистически одаренные люди, на этом этапе человек сначала провозглашал себя волхвом, а потом собирал общину.
Одной из особенностей развития неоязычества является его тесная связь с толкиенизмом – движением возникшим на базе творений Дж. Р. Толкиена, повествующего о воображаемом мире Средиземья. В нач. 90-х гг. это движение было популярно среди молодежи и подростков, искавших там спасения от серости будней. Был выработан особый язык – «Эльфийский» или «квэнди», частично разработанный до того Толкиеном. По сути, толкиенизм близок к направлению «реконструкторов», только в качестве идеологии были избраны идеи, заимствованные у Толкиена. Многие толкиенисты, повзрослев, плавно переходят в язычество, как наиболее подходящее их мировоззрению. Причем предпочитают, как правило, скандинавскую традицию. Неоязычники и толкиенисты проводят совместные фестивали и турниры.
Особенности идеологии
Одной из основных отправных точек возникновения неоязычества стал поиск обоснования национальной идеи. Корни возрождения язычества кроятся в ослаблении советской идеологии в 70-е гг. и тогдашней слабости позиций Православной Церкви. Отсюда и повышенный интерес к истокам национального самосознания и национального типа религиозности. Другой посылкой возникновения славянского неоязычества стало неприятие подавления человеческой личности современным технократическим обществом, отрицание современной цивилизации и стремление к «естественному» образу жизни в согласии с законами природы, отрицающим современный уклад жизни и виртуализированный тип общения. Православие и христианство отвергалось, как вероучение инородного происхождения, которые подавляют свободу человека. Другой причиной неприятия христианства стало фактическое включение РПЦ в систему государственного устройства России, претензии на роль официальной Церкви. Эти факторы, фактически и подтолкнули людей, составляющих неоязыческое движение на поиск альтернативной идеологии, основанной на национальных ценностях.
Неоязычество представляет собой комплексное мировоззрение, основа которого – путь личного самосовершенствования человека. Язычник ощущает себя частью мира, который и есть Бог, свободной творческой личностью. Необходимо подчеркнуть именно «городской» характер неоязычества – оно возникло и развивается именно в городах, современные язычники являются носителями именно городского менталитета, хотя и провозглашают необходимость физического единения с Природой, чему, впрочем, следуют немногие.
Неоязычники, в большинстве своем, утверждают, что не просто восстанавливают язычество образца дохристианской Руси, а возрождают исконноарийскую Традицию, которая является свойственной славянам. Часть утверждает, что именно они и являются носителями исконной Традиции, что еще сохранились исконные язычники, сознательно сохранявшие веру предков, которые и являются скрытыми учителями. Как правило, такой позиции придерживаются члены общин, выросших из спортивных секций и военно-исторических клубов. Впрочем, разговор о наличии тайных учителей из народа является характерной частью мировоззрения большинства язычников. Существуют легенды о тайных родах, сохранявших неприкосновенное дохристианское мировоззрение, тайных поселениях в непроходимых дебрях, о людях, которые планируют и определяют направление развития современного неоязыческого движения. С другой стороны, другая часть неоязычников, в основном из общин, состоящих из интеллектуалов, считает, что цельного мировоззрения не сохранилось, но осталось достаточно много «осколков» – в фольклоре, ремеслах, народных традициях и в православной, особенно старообрядческой, традиции. По мнению этой части неоязычников, задача сейчас не восстанавливать старое, а бережно собрать сохранившееся и выделить «ядро» традиции, возродив ее заново, полностью отвечающей современному менталитету. При этом они утверждают, что современный этап язычества – качественно новый этап в развитии Традиции, более осмысленный, вытекающий в том числе и из опыта христианской цивилизации.
Основа всех направлений язычества – пантеизм. Мир — Божественен, в нем сливаются и Боги и миры. Бог, давший начало миру, им и являющийся в славянской традиции зовется Род, индуистской Рудра (хотя возможны разночтения), скандинавской – Один. Он — безличное начало, душа мира. Он и мир – едины, Род скорее безличен, по крайней мере, часть общин считает Его личностью столь сложной, что рассудочное Ее познание невозможно. Пантеизм и политеизм совмещаются в современном неоязычестве. Считается, что монотеизм — лишь упрощение Традиции, а исконноарийское мышление значительно сложнее, чем привнесенное христианское. Монотеизм является упрощением религиозной Традиции, но не Традиции вообще. В Традиции, помимо религиозной, есть еще и эзотерическая компонента, в которой понятие о богах вообще заменяется на понятие о Силах. Вообще, если смотреть вглубь, то можно, наверное, говорить, что монотеизм авраамических религий является упрощением “монотеизма” традиционного, лишенного религиозной компоненты и представляющего собой магическое использование единой Силы, пронизывающей мир. Другие Боги славян – суть эманации Род, Его лики и проявления в виде стихий, «энергий». Эти стихии признаются личностными явлениями, со своим сознанием и волей. Порядок Триглава (трех высших Богов) определяется в зависимости от ориентированности общины – будь то реконструкторы воинских традиций, поклоняющиеся Перуну, или интеллектуалы, поклоняющиеся, как правило, Велесу. Триглав — это не сочетание трех высших богов, а проявление на уровне теологии триадного принципа традиционного мышления. Триглавы существуют двух типов: циклические и синтетические. К циклическим относится простейший и самый известный индоевропейский Триглав, включающий трех богов: бог магии и смерти, бог-громовержец, бог плодородия, нет “порядка следования”. Разумеется, в каждом направлении язычества “условно верховным” почитается свой бог, но в составе этого Триглава все они (Велес, Перун, Дажьбог) равны, ибо ни один из них не существует без двух других. Такие Триглавы и называются “циклическими” потому, что они замкнуты, как замкнута, например, очевидная триада Рождение-Жизнь-Смерть-Рождение-Жизнь-… Другое дело, что существуют неравнозначные Триглавы — т.е. Триглавы синтетические – Род, Белобог и Чернобог. В таких Триглавах два дуальных бога (“тезис” и “антитезис”) рассматриваются как ипостаси недуального, а тот, в свою очередь, — как их синтез. Так Белобог (условный Страж Порядка) и Чернобог (условный Страж Хаоса) — ипостаси Рода, но и сам Род, как, Универсум в целом, существует лишь как результат единства и борьбы Белобога и Чернобога. Такие Триглавы действительно неравнозначны, но — опять-таки, никакого отношения к предпочтениям конкретного язычника это не имеет. Разные общины или отдельные язычники отдают предпочтение разным богам. Но никоим образом приятие того или иного бога “условно верховным” нельзя связывать с его местом в том или ином Триглаве, служителю Чернобога никогда не придет в голову утверждать, что Чернобог несимметричен Белобогу. Следует выделить следующих основных Богов, которые и составляют циклические Триглавы:
Сварог
Сварог считается Богом Неба, отцом всего сущего, в том числе и славян. Легенда рассказывает, что Сварог подарил людям самый первый плуг и кузнечные клещи, научил выплавлять медь и железо. Кроме того, Сварог установил законы.
Перун
Перун — большей степени Бог-воин, чем воплощение оплодотворяющих землю весенних гроз. Культ Перуна, Бога грозы, войны и оружия возник сравнительно поздно в связи с развитием дружинного, военного элемента общества. Это Бог воинов и дружинников. Тот, кто ищет покровительства у Перуна — "зациклен" на идее противоборства, у него сознание борца, воина, готового ответить ударом на удар, силой на силу, сознание в высшей степени прямолинейное. Особую ненависть «перунистов», т.е. поклоняющихся Перуну, вызывают евреи и христиане.
Велес
Богом плодородия, связанным с нижним миром, был Велес (Волос). Имя Велеса восходит к древнейшему корню "вел" со значением "мертвый". Но поскольку с миром мертвых связывались представления о магической силе, обладатель которой подчиняет себе людей, то этот же корень означает могущество и встречается в словах "власть", "велеть", "владеть", "великий". Нисхождение в иной мир приносит герою всеведение, особую мудрость, нередко связанную с поэтическими особенностями, поэтому Велес — одновременно Бог мудрости и поэзии (вещий певец Боян в "Слове о полку Игореве" назван внуком "внуком Велеса"). Велес — сын небесной Коровы и первоБога Рода, один из самых древних индоарийских Богов, сначала как покровитель охотников, затем скотоводства и Богатства. Велес есть ВОЛЯ, связующая самые противоречивые тенденции — к созиданию и к разрушению. Он Бог волшебства, мудрости и искусства, покровитель ремесел и повелитель мертвых, покровитель Нижнего мира, пастух душ умерших на Велесовых лугах. Хозяин иного мира — божество прародитель — в древнейшей мифологии имеет облик животного, и образ Велеса восходит к образу Медведя как могущественного божества: Бог долго сохраняет черты зверя, представляется мохнатым. Соединение этих представлений о Боге дает ключ к пониманию слова "волхв" — это языческий жрец, облаченный в звериную шкуру мехом наружу, он общается с иным миром, наделен великой мудростью и поэтическим даром, он — могущественный маг, возможно, пророк (как известно, с вопросами о будущем люди нередко обращались к умершим). Велес, пожалуй, является одним из древнейших Богов.
Дажьбог
Дажьбог — Бог солнечного света, тепла, времени созревания урожая, плодородия вообще (его имя переводится как "Бог жары"). Имя его означает — "дающий Бог", "податель всех благ". Славяне называли его "Солнце-царь, сын Сварогов", символами этого Бога были золото и серебро. Неоязычники почитают Дажьбога как своего защитника, называя себя его внуками. Дажьбог был Богом солнечного света, но отнюдь не самого светила.
Макошь
К древнейшему земледельческому культу Матери-земли восходит общеславянское почитание Макоши — Богини земли, судьбы, урожая, великой матери всего живого. Макошь-Земля — олицетворяет собой женское начало природы. Макошь была также Богиней женских работ, чудесной пряхой.
Безусловно, этим пантеон не ограничивается. Существует целая иерархия Богов – Ярило, Лад, Лада и др., а также Боги местного значения, духи места – лешие, домовые. В основе этого представления лежит обожествление мира и представление о том, что весь мир пронизан проявлениями Рода, многие из которых, являясь олицетворением определенных стихий, являются и личностями – Перун, Велес и др. Такими же личностями являются и духи мест, хотя они, по мнению неоязычников, и менее структурно сложные. Современным язычникам антропоморфизация Богов в фольклоре представляется относительной и целиком символичной – если Род вообще божество достаточно условное в силу своей безличности, то остальные Боги, хоть и признаются личностями, но значительно более сложными, чем человек.
Мир, по мнению неоязычников, живет по Вселенским законам — т.н. «законам Сварога», имеющим характер, в отличие от христианства, не заповедей, а неопределенного этического императива – «живи сам и не мешай жить другим», «живи в согласии с Миром» и т. д. в таком же духе. Закон имел две стороны: это вся совокупность естественных (физических, химических, и т.п.) законов + этика вселенной. По сути, Закон "гласит" (например), что сколько раз не подкинешь камень в воздух в условиях земли, он будет неизбежно падать на землю (физический закон земного притяжения), или что водосодержащие испарения с земной поверхности будут скапливаться в атмосфере и падать дождем или снегом на землю (комплекс химических законов) и тому подобное. Речь идет о силах, которые вокруг людей и которые их пронизывают. Поиски не обнаружили в этике Вселенского Закона идей добра, милосердия и т.п. Язычество не признает понятий добра и зла, существуют понятия Правды и Кривды, как некоего противоречия законам мира, ощущаемого интуитивно. Одним из основных императивов современного неоязычества служит закон целесообразности, т.е. следования тому пути, который наиболее «структурно» удобен и наименее вреден. В понятии выбора и есть ключ к этике. Оказалось, что единственная свобода, о которой может идти речь, это свобода выбора следовать или не следовать Вселенскому Закону. В отличие от монотеизма и многих других религиозных систем, где все заранее предрешено и от того, кому человек поклоняется, зависит, будет ли Бог милостив к нему или нет, арии, по мнению неоязычников, не нуждались в раболепствовании перед Богами, но лишь в умении делать правильный выбор. По их мнению, побеждает не "хороший" или "добрый", а побеждает мудрый (т.е. знающий законы и силы природы) и сильный (т.е. умеющий использовать свою и окружающие силы природы). Неоязычники считают, что можно либо славить Богов и делать их друзьями (т.е. знать уважать естественные законы и использовать их для своего блага), либо сделать альтернативный выбор — игнорировать Богов или молиться лжеБогам и погибнуть (т.е. не знать и не соблюдать законы природы и сгинуть от них же). Вот примерно несколько основных заповедей, "Из силы и слабости — выбирай силу", "Из знания и невежества — выбирай знание". Понятие закона фактически определяет и мироздание – Бог-Род скорее не творил мир, а упорядочил Хаос, дав ему Закон, который и есть, по сути, смысл существования. Род – «Единый» вполне тождественен закону.
Отсюда вытекают основные принципы неоязыческого мировоззрения. Первое, что отличает арийский мистицизм от христианского — это его практическая целесообразность. Мистическое постижение для неоязычника является трехсоставной задачей: познание себя, познание мира и Богопознание. Любое действие предпринимаемое неоязычником, по идее, продвигает его сразу в трех указанных выше направлениях, ибо они по сути едины. Этот мистицизм пантеистичен, т.е. отождествляет Бога и его творение. По идее, неоязычники способны видеть божественные проявления во всем. Это видение есть следствие их ведения. Второе отличие неоязыческого мистицизма от христианского обусловлено его целенаправленностью. Неоязыческий мистицизм — это постижение силы и знания, тогда как христианский, по их мнению — это самоуничижение и самоуничтожение. Постижение силы есть постижение тонких энергий, кои неоязычниками почитаются как первичные проявления божественного или божественные персонификации. Духовная практика — это алгоритм обретения силы. Христианский аскетизм — это подавление плоти. Третье отличие языческого мистицизма проистекает из второго. Оно выражается в том, что арий ищет, находит и следует естественному закону. Естественный закон аморален, т.е. не имеет никакого отношения к морали и морализаторству. Этика ария — это "этика электрика", которая гласит "не суй палец в розетку не потому что это неэтично, а потому, что убьет". Т.е. у ариев нет морали, но есть "техника безопасности".
И последнее: арийское представление о законе причины и следствия, законе кармы — это основной постулат веры. Ибо все остальное не есть вера в современном смысле этого слова. Всякое действие влечет за собой как последующее новое действие, так и противодействие окружающего мира. Отсюда проистекает языческая идеология недеяния.
Многие неоязычники придерживаются концепции параллельных миров. Кроме трех составляющих мира – Прави (мира Богов), Яви (мира людей), Нави (мира подземного, здесь речь идет не только о загробном мире, а о некоей альтернативной вселенной, существующей по другим законам), существуют и параллельные миры, пересекающие мир людей. В качестве образа устройства видимого мира выступает Мировое древо – символ мироздания, ветвей в Древе, как и миров, по одной из версий, – 9. Доступ в них возможен для людей достигших той или иной степени просветления. Признаются такие понятия как законы кармы, т.е. причинно — следственных связей и многие признают реинкарнацию, хотя последнее не является общим для язычества. По всей видимости, учение о перевоплощении душ является наследием влияния индуизма на формирование славянского неоязычества, впрочем, большинство неоязычников утверждает, что это – неотъемлемая часть исконноарийского мировоззрения. Часть считает, что человек может реинкарнироваться только в человека, часть придерживается ортодоксальной индуистской концепции. Единственно, в чем они сходятся, так это в том, что личность при реинкарнации теряется. Возможен и другой путь – человек после смерти может быть причтен к Богам, если на протяжении всей своей жизни он прославил свой род. Смерти как таковой, по мнению неоязычников, не существует. Есть состояние посмертия, в котором человек, не лишаясь своего сознания ждет своего перевоплощения в Нави. Здесь проводятся параллели с античным Аидом. После смерти человек может остаться в Яви в качестве охранителя своего рода – чура, или домового, уйти на Велесовы луга в Нави, ожидая своей участи или быть сопричтенным Богам и героям в Ирии (Прави), творя судьбу других миров.
Особое место в неоязыческой идеологии занимает культ предков. Постулируется неразрывная связь между Предками и ныне живущими, считается, что духи предков покровительствуют своему роду. По мнению одного из неоязычников, "...Наши Предки шли разными путями. Какой бы веры они ни были, роднит их одно: именно они веками поддерживали Великую Нить Жизни. Нет необходимости до конца и безоговорочно разделять их взгляды и одобрять поступки, но Предки наши священны как жизнь давшие. Лучший способ почитания Предков — вечная память о них, участие в продолжении жизни рода, укрепление нации. Не запятнать имя отцов, оставить о себе добрую память у потомков и после смерти самому войти в тысячелетний пантеон прародителей — это ли не смысл жизни?".
Антропология неоязычества заключается в том, что арии – «Дажьбожьи внуки», не сотворенные, а подобия Богов, которые не являются господами, а друзьями и родственниками. Арийцы являются хозяевами этой земли (также признается примат прав на Африку у негров), человек волен выбирать себе пантеон для поклонения в зависимости от условий жизни, возраста и т.д. Впрочем, термин «поклонение» в данном случае не совсем точен. Считается, что мир Яви принадлежит людям, и именно они определяют его судьбу. Боги – это стихии, силы, но не хозяева, поэтому поклонение и раболепствование не признается, допустимо лишь почитание и прославление.
Одним из главных постулатов неоязычества является признание национальной и религиозной обособленности славян. Христианство называется иудейской религией, чуждой русскому духу, т.к. оно призвано, по мнению неоязычников, воспитывать из людей послушных рабов. Однозначного отношения к христианству у язычников нет. Часть, притом не очень значительная количественно, но наиболее социально активная, к христианству относится достаточно агрессивно, другая часть считает христианство упрощением и извращением Традиции, синкретическим культом, заимствовавшим множество черт от язычества. Более того, они считают, что язычество фактически поглотило христианство и нынешнее православие — фактически завуалированное язычество. Многие признают морально-этическую роль христианства. Вместе с тем, христианская аскетика считается за «вредную» для человеческой жизни, противоестественной. Однозначно христианство осуждается за тесную связь с государством, подавление инакомыслящих и такое общее для большинства христианских конфессий явление, как нетерпимость к иному мнению. Христа часть считает за вымысел, часть признает его пророком из ессейских кругов, некоторые считают его полубогом – сыном еврейского племенного Бога и смертной женщины. Вместе с тем стоит отметить, что в полемике с христианством большинство язычников проявляет элементарное незнание основ христианского вероучения, суждения о христианстве базируются в основном на популярных нравоучительных книжках, издаваемых РПЦ.
Национальная идея является одним из краеугольных камней неоязычества. Часть неоязычников считает, что славяне-арии являются одной из древнейших рас в Европе, их Родиной признается Север, некоторые признают арийской прародиной Зауралье, другие территории России. Скифы также считаются праславянской цивилизацией. «Арийский» вопрос занимает огромное место в идеологии неоязычества, особенно среди язычествующих неофашистов. Испытывая патологическую ненависть к евреям, иудаизму и христианству, язычествующие неофашисты противопоставляют ценностный комплекс «здоровой арийской цивилизации», проистекающий все из того же Вселенского закона. Часть неоязычников приписывает ариям практически все значимые свершения в мировой цивилизации, так, например, считается, что инки были ариями, равно как и Моисей был арийцем, а неграмотные евреи лишь извратили его вероучение.
По мнению неоязычников, русская культура значительно древней тысячи лет и христианский период ее развития был периодом регресса и упадка. Это вписывается в языческую концепцию развития мировой истории – от «золотого» века, когда человечество жило в согласии с природой, к «железному» — времени разрушения традиционных ценностей, и наоборот. Современная христианская, техногенная цивилизация всеми признается как нарушающая существующий миропорядок и, потому, нуждается, как минимум, в пересмотре. Нынешнее время называют железным веком, которому на смену придет век золотой, в котором будет доминировать язычество. Мир находится ныне на краю “последней катастрофы”, Сумерек Богов, после которых должна наступить реставрация Истинной традиции. Именно как предвестники этой будущей реставрации многие и рассматривают появление “неоязычества”. Идеал неоязыческого социального устройства — жизнь традиционного общества на природе. Некоторые из неоязычников уехали из города в деревню (Доброслав, А. Рядинский (Берендей)). Идеалом общественного устройства признается кастовая структура общества, при которой, по мнению неоязычников, каждый индивидуум находится на своем месте и занят своим делом. В качестве образца берется индуистская система из 3-х каст – жрецов, воинов и купцов вкупе с крестьянами. Но славянское понимание ближе к незамкнутой сословности, чем к индуистам. В идеале, принадлежность к касте определяется не рождением, а соответствием личностных характеристик месту в обществе.
Понятие Священного Писания язычество не имеет, т. к. считается, что основа язычества – это инициация и авторитет как таковой – вещь весьма условная. Есть книги, которые часть язычников признает соответствующими древней традиции – «Велесова книга», «Песни птицы Гамаюн». Однако их аутентичность весьма спорна, а последняя вызывает множество споров и нареканий. Таким образом, при отсутствии традиции, единственно правильным путем признается путь самосовершенствования. Если «Песни…» практически никем не признаются, то о «Велесовой книги» споры не утихают.
Под термином "Велесова книга" подразумевают якобы сохранившиеся до наших дней священные тексты волхвов и вывезенные из России полковником белой армии, Али Изенбеком в 1919 году. По одной из версий, нашел он их это в имении князей Задонских неподалеку от станции Великий Бурлюк, под Харьковом. Находка якобы представляла собой буковые дощечки приблизительно одного размера 38 – 22 – 1 см. На каждой дощечке было просверлено по два отверстия для крепления шнуром, одни соединялись, как книга, другие – как альбом. На дощечках были нарисованы прямые параллельные линии, строго под которыми размещались буквы, как в санскрите или хинди- письмена вдавлены в древесину острым стило и во вдавленные места втерта краска, и затем все было покрыто чем-то вроде лака. Буквы плотно прижимались друг к другу без интервала.
Вывезенные в Брюссель, они были скопированы литератором Юрием Петровичем Миролюбовым. Он работал над текстами 15 лет (1924-1939). Вероятно, им же сделаны фотостатные снимки ряда дощечек. Считается, что после смерти Изенбека в 1941 году подлинники текстов вместе с сотнями картин умершего были изъяты гестапо. После капитуляции Германии архив мог практически полностью достаться СССР и, по одной из версий, «Велесова книга» может храниться сейчас в России. С 1952 по 1959 годы копии Ю. П. Миролюбова начинают печататься на страницах изданий русской эмиграции в Америке. Бывший генерал белой армии А. Куренков, он же А. Кур, секретарь Музея русского искусства в Сан-Франциско, в журнале "Жар-птица" публикует ряд статей и собственную реставрацию текстов, основываясь на фотостатных снимках и копиях Миролюбова.
Термин "Велесова книга" введен С. Я. Парамоновым (Лесным) в 1957 году, им же назван странный алфавит — "велесовица". Своим названием Книга обязана двум фактам — во-первых упоминанию имени Влеса или Велеса на одной из дощечек, где прямо сказано, что книга волхвов посвящена ему. В 1960 году С. Я. Парамонов переслал одну из фотографий дощечки книг в СССР, в Советский славянский комитет, где всю книгу тут же объявили подделкой. Господствующая сейчас среди значительной части язычников точка зрения гласит, что, несмотря на откровенную поддельность, автор книги все-таки донес некие отголоски традиции.
Из «Велесовой книги» заимствованы пантеон, исторические фрагменты и панславянские идеи. В книге говорится о двух ветвях праславян — словено-венедской и арийской, о происхождении праславянских и скифских родов, о бесконечных войнах пращуров за свою свободу и независимость против киммерийцев, греков, римлян, готов, гуннов, авар, хазар. Рассказ завершается упоминанием Эрика-Рюрика, а также Аскольда, который пытается крестить киевлян. Описываются обычаи и нравы древних славян, их мировоззрение и верования. Авторы книги воспринимали христианство как новую веру, противоречащую заветам Предков и силой навязываемую людям.
Порядок общения с Богами каждая община определяет для себя сама. Как правило, многие общины имеют свои культовые центры – капища, расположенные в лесопарках или в лесах. Их неотъемлемым атрибутом является вырубленная из дерева фигура Бога, почитаемого общиной, перед идолом обычно располагается ритуальный камень для треб. Посреди поляны обустраивается кострище. Как правило, эта концепция разработана общинами каждая для себя, выделяя те или иные моменты. Для т.н. воинских культов, поклоняющихся Перуну, характерен определенный минимализм в исполнении треб, сводящийся, как правило, к выкрикиванию имени Перуна и ритуальным поединкам. Наиболее разработан порядок треб у общин, в которых преобладают интеллектуалы, но и в них порядок треб, равно как и осознание происходящего пока достаточно слабо разработано. Составляющие культа определяет община, какой-либо стандарт отсутствует. Как правил, общины, состоящие из преимущественно из женщин в качестве объекта поклонения выбирают Макошь, реже Сварога. Общее во всех обрядах – это момент жертвоприношения Богам. Как правило, это пиво, хлеб, мед, вино. Требы совершаются на капищах, которые стараются располагать в относительно глухих местах. Необходимым элементом капища является идол Бога, место для жертвоприношения и костер. Общинники собираются вокруг костра, а не вокруг идола. При этом часть жертвенной пищи кладется у идола, а часть бросается в костер. Для жертвы берется лишь малая часть приготовленных запасов – остальное потом выпивается и съедается на общей трапезе. Важным, хоть и не всегда обязательным, элементом обрядов являются ритуальные игры и поединки. Для присутствующих на обрядах желательно носить традиционную славянскую одежду – вышитые рубахи у мужчин, сарафаны у женщин.
Участвующие в обряде встают вокруг костра – в т.н. «коло». При совершении «требы», т.е. обряда, они ходят вокруг костра, – «посолонь», т.е. по направлению движения солнца, если треба совершается Богам Прави, и «противосолонь», т.е. наоборот, коли треба совершается Богам Нави – Марена, Велес. При этом почитание богов Нави, упрощенно понимаемого как царства мертвых, является необходимой частью богослужебного круга. Ведущий обряда произносит подобающие славословия, а другие участники обряда произносят возгласы. Вкруговую обычно пускается чаша или рог с жертвенным напитком. После требы происходит трапеза.
Еще одним важным элементом неоязыческой обрядности является смена имена, т.е. отказ от христианского имена (как правило, греческого, римского или иудейского происхождения) и принятие имении со славянскими корнями. Например – Доброслав, Велимир, Велислав, Добромир и т.д. Последователи скандинавской традиции принимают, соответственно, скандинавские имена. Обращение друг к другу по этим именам принято и при обрядах, и в быту. Однако, их употребление далеко не всегда является бытовым, все зависит от типа общины – чем меньшее значение придается мистическим поискам, тем чаще обращение по «общегражданским именам».
Современная жреческая иерархия на данный момент только формируется и не является детально разработанной, ввиду, отчасти, того, что современные волхвы несколько неопытны и не так давно начали свое служение, сами язычники формулируют ситуацию словами — «каждый сам себе волхв». Под «волхвом» в каждой общине понимаются разные вещи. Существует некое общее понятие о том, что волхв – это высшая ступень жреческого посвящения, но многие называют волхвом человека, проводящего обряды общины, т.е. фактического жреца. Сохранилась примерная структура жреческого посвящения, но ее практически никто не придерживается. Существует разделение на волховскую и ведовскую традиции (последние уподобляются западноевропейским магам). Волхвы общаются с Богами, их задачи несколько выше, чем задачи ведуна (колдуна) – повелевать одними сущностями, заручившись поддержкой других, высших. Результат деятельности волхва не всегда определен, так это зависит от воли Бога, а результат деятельности ведуна определен его силой и силой его покровителя.
Большинство неоязычников — люди с высшим гуманитарным образованием. Значительная часть – художники и этнографы, занимающиеся народными промыслами. В дальнейшем их состав значительно расширился — например, один из главных идеологов, А. Платов – физик-теоретик. Большинство язычников – мужчины, женщин около 30-ти %, в основном подруги самих язычников, но есть и пришедшие к язычеству своим путем. Основная причина такого социо-демографического состава кроется, по-видимому, в том, что изначально идея о восстановлении язычества как исконной веры близка, прежде всего, гуманитариям. Но, по мере разработки и распространения идеологии, язычеством интересуются все более широкие круги населения. В последнее время в язычестве нет какой-либо четкой социально-демографической картины.
Несмотря на различия в вероучении и личные противоречия лидеров, постоянные взаимные претензии и стремление практически всех заметных фигур на лидерство движения в целом, современное неоязыческое движение представляет собой достаточно цельное явление, в котором происходит постоянный обмен идеями, взаимные консультации лидеров, совместные праздниками с участниками из разных городов.
Сейчас издается множество книг, в качестве наиболее популярных идеологов можно назвать А. Платова, Н. Сперанского. Книга А. К. Белова "Славяно-горицкая борьба. Изначалие." – культовая для увлекающихся славяно-горицкой борьбой, где кроме самой борьбы излагается историософская концепция, языческая философия в интерпретации Белова. Большую роль сыграла книга Б.Авдеева «Преодоление христианства», во многом компилятивный труд, в котором автор пытается реконструировать создание Библии, формирование христианского вероучения. В конечном результате Авдеев приходит к выводу, что христианство — религия, ограничивающая потенциал личности, в отличие от язычества, которое представляет собой наиболее адаптированный к жизни мировоззренческий комплекс. Многими общинами издаются свои периодические издания, как правило в виде небольшого листка с ограниченным тиражом. Наиболее авторитетные языческие издания – «Мифы и магия индоевропейцев» (изд. София, тир. 3,5 тыс. экз.), посвященный языческой мифологии, вероучению, магии и истории России, издатель – аналитическая группа «Северный ветер»; «Наследие предков» (выходит без строгой периодичности в разных издательствах), придерживается резко националистической позиции.
Российские язычники активно контактируют с общинами из Украины, Прибалтики (в Москве живет представитель одной из Литовских общин -Лаймутис Василявичус), Польши, Западной Европы. Как правило, язычники из-за рубежа приглашаются на большие праздники, проводимые по несколько дней за городом. Существуют международные организации, объединяющие представителей этнических религий (т.е. неоязычества), в которых российские неоязычники принимают активное участие. Первые активные контакты с такого рода организациями начались с 1997, когда в Литве состоялся конгресс этнических религий, на котором было много представителей из славянских стран. Если до этого контакты носили в основном эпизодический характер, то с 97 можно говорить о налаженном сотрудничестве. Стоит отметить, что главным образом оно ведется с языческими общинами из славянских стран. Главным образом это объясняется, по словам А.Платова, достаточно слабой проработкой идеологических вопросов и прикладным характером западноевропейского язычества. В 2001 г. проведения такого съезда запланировано в Петербурге. Отдельно стоит упомянуть контакты с неславянским неоязычеством на территории России – Мари-Эл, Удмуртия и др., где язычество не было полностью поглощено христианством. Русские неоязычники часто ездят туда в этнографические экспедиции, обмениваются идеями.
Важное место в поиске контактов между язычниками занимает Интернет. Существует ряд языческих форумов, сайтов, на которых хранится много языческой литературы.
Также неоязычники организовывают археологические экспедиции, связанные с исследованиями культовых мест древних славян. Например, регулярные экспедиции группы «Северный ветер» на Куликово поле, которое А. Платов считает древним храмовым комплексом. Также такие экспедиции организуются и другими общинами. Предпринимаются и поездки по деревням с целью сбора этнографического материала – фольклора, заговоров, остатков обычаев.
Филиация
«Реконструкторы» и спортсмены. К ним относятся практически все военно-исторические клубы, которые занимаются, главным образом, реконструкцией костюма и, в меньшей степени, старинных боевых искусств. Для них язычество играет второстепенную роль, скорее как элегантное дополнение к доспеху образца Х в. Эти клубы наиболее часто показываются на людях, к этому же течению принадлежат и практически все последователи скандинавской традиции. Главный Бог – Перун.
- Москва:
Клуб «Лествица» — Евгений Латышев (Летка, Крут)(Москва)
«Бросок Ястреба»
«Семаргл», Владимир Бугаевский
дружина «Аркона» (Будимир)
«Наследие предков», Михаил Штарев (Хевдинг)
«Правь», Сажнев Дмитрий Анатольевич
«Собор» — клуб русского воинского искусства, Москва, община «Руевит», Дружина Лютичи, - Санкт-Петербург:
«Вольная ватага»
«Северный путь», Зейц Иван; - Тверь — «Белые волки», Бозлов Григорий
- Рязань – «Дубрава»
- Смоленск — Лисовский Леонид
- Мичуринск – «Буй-Тур», Мячин Максим
- Витебск – Харкевич Юрий Анатольевич
- Удомля – «Белый волк»
- Троицк Московской обл. – Кузьмин Андрей
- Петрозаводск, ул. Герцена, 18,
- Ст. Русса — «Древняя Русь», Киселев Валерий Олегович
- Казань – «Витязь», Бударин Николай
- Тольятти – «Ра», Караваев Александр, Завадский Владимир Владимирович,
Ростовская обл.,
К этому направлению уместно отнести неоязычников, которые возрождают традиции славяно-горицкой борьбы- т.н. ратоборства. Ключевой фигурой направления является А. Белов (Селидор), который разработал сначала идею раторборств, затем идею воинского сословия, а затем и теорию варварства, как естественного состояния человека. Однако из-за личных амбиций участников движения, оно, цельное вначале, распалось на множество составляющих. При этом Белов остался культовой фигурой движения. Для этого направления характерно преобладание тренировок над религиозными практиками, но они уже признаются как нечто не менее важное, чем спорт. Для этого направления характерно преобладание неофашистских идей, но главное место все-таки принадлежит язычеству.
Фольклористы. Занимаются возрождением народных промыслов, искусств. Восстанавливают фольклор, костюм и т.д. Интерес к язычеству в основном этнографический, выработка собственно религиозной концепции мало кого интересует. В. Бутров Глава центра «Бузулук», объединяет собирателей русского фольклора и реконструкторов костюма. Его команда – непременный атрибут крупных собраний, играет роль массовика-затейника. Община «Сварожичи» (Москва), Возрождают традиционные промыслы, костюм, вышивку. «Белый камень», г. Москва, Майя Алексеева
Отдельную группу представляют собственно языческие общины. Для их членов главное – возрождение языческой идеологии, обрядности
Аналитическая группа «Северный ветер» (Москва) — фактический глашатай идей неоязычества. Выпускает альманах «мифы и легенды славян». Руководитель — Антон Платов. На данный момент стремятся стать центром объединения этого направления на основе волховского вече. Несмотря на то, что сам Платов придерживается скандинавской традиции, группа занимается разработкой и пропагандой славянской традиции.
Объединение общин Велесов круг (Москва): Родолюбие, Велесова община – волхвы И. Черкасов (Велеслав), А. Жилко (Велемир), А. Ноговицын (Велемудр). Тесно сотрудничают с «Северным ветром». Возрождают славянскую языческую мистическую традицию. По ряду мнений, являются одним из интеллектуальных центров современного язычества. Поклоняются Велесу, как покровителю мудрости, практикуют шаманизм.
Московская Славянская Языческая община – В. Шошников. Одно из самых ранних объединений, пережившая множество расколов и распадов. Единственная зарегистрированная община Москвы. Сами о себе говорят, что возрождают языческие мистические практики.
«Коляда Вятичей» – продукт слияния двух общин – «Коляды» (Н. Сперанский (Велимир) и «Вятичей» (А. Потапов (Мезгирь)). При достаточно сильном этнографическом характере являются, пожалуй, одной из самых самобытных языческих общин. Ее составляют историки и этнографы, которые занимаются реставрацией обрядов и верований, при возрождении языческой идеологии. Проводят регулярные праздники, имеют свое капище под Москвой. «Коляду Вятичей», к которой в сентябре 2000 г. присоединилась и община «Родолюбие», можно назвать одной из самых влиятельных, а Н. Сперанский является еще одним из старейших язычников. Он считает, что близок крах современной технократической цивилизации, которая попирает все закона существования в мире и может его погубить. Будущее – за природным, языческим мировоззрением.
Особняком от столичных неоязычников отстоят общины провинциальные. Их отличает, прежде всего, разнообразие культов, большая закрытость, семейный характер, отсутствие заметных внешних проявлений деятельности. Есть отличия и в идеологии, многие провинциалы тяготеют к неофашизму, однако, общин, открыто исповедующих четкую фашистскую идеологию практически нет, есть отдельные личности, входящие в ряд общин, но не оказывающих какое-либо серьезное влияние на языческое движение в целом.
Рязанская славянская языческая община – одно из самых самобытных образований – женская община с феминистским уклоном, поклоняющаяся Мокоши. При этом ее отличают серьезные наработки в области собирания фольклора и возрождения вероучения. Верховода — Марина Альбертовна Качалова (Доброслава).
Союз Славянских Общин, глава Вадим Казаков – самое крупное объединение, в орбиту его влияния, так или иначе, вовлечена значительная часть провинциальных языческих общин.
Всего членами является 9 общин, но в орбиту влияния вовлечено значительно большее количество общин.
Древнерусская Инглистическая церковь Православных староверов инглингов (см. отд. справку)
«Союз венедов» (см. отд. справку).
Ижевск, (см. справку «Ижевская епархия»)
