Подобно представлениям Гесиода о четырёх поколениях людей (золотом, серебряном, бронзовом, железном), у славян имеется представление о трёх поколениях, что соотносится с представлениями о трёх временах года (зима, весна, осень). Полной противоположностью благородному поколению Золотого века является железное поколение, в котором мы живём ныне. Гесиод уже в своё время заявлял, что живёт среди железного поколения.
Железное поколение — это люди Прометея. Титан-богоборец Прометей лепит людей из глины. Однако его творение является незавершённым. Лишённый священного, титан способен сотворить исключительно грубую безжизненную материальную форму. Оживляет человека Зевс или Афина, вдохнув в него жизнь — частичку божественного.
Нечто похожее мы встречаем у славян:
«О первобытных людях сохранилось предание, что они были несравненно сильнее, долговечнее и больше ростом, чем теперешние. Отсюда такая приговорка: „Встарь люди были божики, а мы люди тужики, а познейские будут люди пыжики: двенадцать человек соломинку поднимать, так, как прежние люди поднимали такие деревья, что нонешним и ста человекам не поднять"» [Трунов, 1869]
Здесь мы напрямую видим отождествление первого поколения с божественным. Последнее же поколение «пыжиков» описывается как слабое и немощное. С этим, как и в греческой традиции, мы можем соотнести несколько антропогонических мифов.
С поколением «божиков» мы можем соотнести миф о появлении людей из частей тела Прабожества:
«Мир народ зачалсе ото Пращура
от светой главы от Пращуровой
от того волхвы зародилисе
От честных мощей от Пращуровых
зародились князи со дружиномы
От того колена от Пращурова
зародились люди люди житии
от того ж началсэ стал быть женской пол
Телеса наши от сырой земли
наша кровь руда из черна моря
кости крепкие от бела камня
Умы разумы от самого Деда
думы помыслы Деда Вселенскаго»
[“Глубинная Книга», в переводе Мизгиря]
Эти люди полноценно являются частями божества, и само их общество воплощает в себе тело «Прабога».
С «тужиками» мы можем соотнести миф о появлении людей из пота божества, который рассказан волхвом в «Повести временных лет».
„Мы знаем, как человек сотворён“. Он же спросил: „Как?“ Они же отвечали: „Бог мылся в бане и вспотел, отёрся ветошкой и бросил её с Небес на землю.
Здесь мы вновь видим сказание о том, что человек проявляется из тела божества, что подобно предыдущему мотиву. Однако здесь речь идёт уже не о гармоничной структуре общества, которая представляет собой бога, но всё равно о людях как проявлении чего-либо божественного.
С «пыжиками», которые подобны Прометеевским людям железного поколения, мы можем сравнить похожий мотив сотворения людей у славян. В этом христианизированном сюжете Сатана, Дьявол (явно антибожественная фигура) создаёт человека из глины, но оживить его не может. Тогда бог вдыхает в человека жизнь, тем самым оживляя его. Вновь мы видим картину последнего поколения, где человек — творение асилка (титана), но в то же время имеет частичку божественного внутри. Но куда меньшую, чем золотое поколение «божиков», которые сами были проявлениями частей тела Прабожества.
Этот мотив очень схож с мифологическими представлениями славян о сотворении волка. Где чёрт (в данном случае некая титаническая фигура) лепит волка для того, чтобы тот напал на бога. Но вновь оживить его не получается. Тогда бог вдыхает в волка жизнь. Но он не кидается на бога. Вместо этого он набрасывается на чёрта. [Славянские древности: Этнолингвистический словарь в 5-ти томах]
Это та самая причина, по которой мы можем отождествлять современного язычника (правда, не каждого) с фигурой волка. В отличие от обычного «пыжика», волк набрасывается на своего антибожественного создателя, стремясь именно к своей божественной частичке. Когда «пыжик» уходит в забвение присутствия в нём божественной природы, погружая себя в состояние скуки и невежества.
