Эссе о вере, власти и необходимости лгать, если мы хотим выжить.
Первым критерием, определяющим направление нашего исследования и последующий отход от авраамической веры, является её самое первоначальное и отдалённое происхождение. Если мы хотим понять фундаментальную проблему – или, точнее, духовный недостаток авраамизма – мы должны обратиться к его самому отдалённому, забытому истоку, или, скорее, к его создателю. К тому, кто на самом деле был автором концепции единого (ревнивого и кровожадного) верховного Бога и кто, как непосредственный создатель этой концепции, был каким-то образом вынужденно забыт – вынужденно вытеснен из этого контекста.
Первопроходцем был древний мифический правитель – царь Нимрод, также называемый Херувимом-защитником, Носителем Света – Люцифером, или же падшим Адамом. (См. другие работы по этой теме.) Именно он первым в известной мифической истории стал (провозгласил) Богом – высшим – и позволил поклоняться себе как таковому. Первоначально он был великим и образцовым мудрым управляющим поселения Эдем, Адамом (Херувимом-защитником), а закончил как безумный тиран-геноцидник, которого истинные боги того времени – Элохим – низвергли в прах земной и впоследствии, за его неудачу (и неудачу всей его свиты), лишили человечество своей поддержки и благосклонности.
Легенды рассказывают о том, как он построил небесную башню, взобрался на неё и заставил свой народ преклонить перед ним колени и поклоняться ему как Богу. Геноцид тех, кто не преклонил перед ним колени, был отличительной чертой его правления. Правление того, кто, несмотря на свою «высшую божественность», одновременно очень низменен по человеческим признакам – в смысле явного нарциссизма, тщеславия и гордыни. Эти черты характера объясняют, почему этот «Бог» так ревниво и кровожадно мстителен по отношению к тем, кто сомневается в нём и не поклоняется ему как Богу. Это классический и типичный психомеханизм нарцисса, чьё эго настолько раздуто, но в то же время неуверенно, что он должен уничтожить всё и всех, кто причиняет ему боль сомнениями – неверием в его божественную сущность.
Когда где-либо появляется подобная человеческая форма «Бога», обладающая огромной силой и влиянием, это также означает, что он окружает себя своими верными. Верными, которые нисколько не сомневаются в нём и, таким образом, являются его особо любимыми избранными. Эти избранные затем преданно и самоотверженно трудятся, поддерживая и распространяя культ этого «Бога» по всему миру. Те, кто подчинится, будут милосердно оставлены в живых; те, кто не подчинится, будут истреблены или «просто» порабощены ради блага избранных и славы Божьей. Имущество и материальные блага, оставшиеся после этих отвратительных неверующих, по праву достанутся верным избранным верующим, потому что они заслуживают их за свою преданность Всевышнему. Это просто привилегия служения единому истинному Богу, которой невозможно сопротивляться.
Что ж, давайте продолжим. Давайте посмотрим на ситуацию: пришёл тот, кто под жестоким давлением переписывает естественное состояние древнего человеческого осмысления принципа Божественности. Во времена мифического Нимрода, в подлинно глубоком неолите на заре человеческой цивилизации — если мы примем этот миф как форму древней человеческой памяти — произошло то, что мы знаем как утрату состояния мистического сопричастности. До прихода Нимрода-Бога человеческая психика носила богов внутри себя — они были внутри, полностью доступны, открыты, общались.
После его превращения в Бога-Я и насильственного навязывания этого режима верований всем людям в сфере влияния Нимрода под страхом смерти, старые первоначальные боги исчезли — стали недоступны. Вместо этого в человеческой душе был насильно укоренен режим почтительного преклонения колен перед фантасмагорической концепцией Бога-Я — Нимрода. В этой атмосфере — преклони колени или умри — старым, подлинным богам просто негде было выжить.
Человек уже научился лгать самому себе, он начал сознательно искажать то, что поистине священно. Он должен был это делать — иначе он умрет. Этот образ веры, продиктованный необходимостью, во имя выживания, является постоянной и фундаментальной опорой авраамической религии. (Христос боролся против нее, но по сути потерпел поражение.) Нимрод-Люцифер до сих пор правит в ней, только сегодня его называют по-другому.
Авраамизм по-прежнему функционирует в режиме наследия Нимрода и фальсифицирует, подменяет священное в том смысле, что там, где душа должна преклонить колени перед «Богом» Люцифером, чтобы выжить, всё божественное и священное уничтожается, заменяется и подменяется подделкой Божественного. Сам факт того, что Бог — Божественное — представлен в нём как нечто, заботящееся о лести и поклонении, означает, что Бог здесь полностью унижен, очеловечен в образе продажного, развращаемого нарциссиста. Достаточно быть достаточно раболепным и преданным — и «Бог» доволен. Любая душа с достаточным характером и моралью не может принять такого «Бога» как своего. А если и принимает, то только для того, чтобы защитить голую жизнь — ценой лицемерия и крайней невротичности.
Но это неискренне и неправда. Это жестоко навязано и по своей сути дьявольское. В то время как христианские провидцы и мистики предвидят возвращение старого дьявола и сатаны, которые со временем восстанут с амбициями поработить человечество, они на самом деле предвидят реализацию и распространение этого операционного алгоритма. Он исходит от падшего сына Божьего, чье сомнительное «божественное» наследие в последние годы все больше находит отклик в крайних направлениях некоторых религиозно-властных структур.
