Родноверие – это порождение современной интеллигенции, мировоззрение которой не имеет ничего общего с мировоззрением древних язычников. Это искусственная конструкция, которая не способна породить что-либо серьезное. Возрождать нужно дух, а не форму. Когда возрождается форма, то получается, в лучшем случае, низкопробное фэнтези.
Родновер Мировит Пашник (на фото) считает эту статью бредом шизофреника.
– С нашей первой беседы я понял, что ты не очень хорошо относишься к родноверам. Но ведь именно они пытаются возродить язычество таким, каким оно было раньше, и традицию, и преемственность. Тебе не кажется, что они все-таки на более правильном пути?
– Во-первых, ты не прав, говоря, что я не очень хорошо отношусь к родноверам. Я к ним отношусь как раз хорошо. Но я не уважаю родноверов.
– Почему?
– Причин несколько. Для начала, я считаю родноверие созданным искусственно. Кроме того, я отношусь очень критично ко всякому роду традиции вообще. Мне смешно, когда бородатый дядя в национальной одежде молится деревянному идолу на том основании, что «так делали наши предки».
– Опять же, почему?
– Потому что это глупо. Ведь когда-то и национальная одежда была последним писком современной моды, не правда ли? Что тогда было «традиционным и древним»? Звериные шкуры? Ну, давай, как почитатели древних традиций наших предков, наденем шкуры и переселимся в пещеры, занимаясь наскальной живописью. Согласись, что люди каменного века – это тоже наши предки, как ни крути. И что? Мы теперь должны возрождать традиции каменного века?
– Нет, конечно.
– Ну а чем лучше традиции тысячелетней давности? Почему не двоих, не трех или пятилетней? Почему не пятидесятилетней давности? Почему именно эти традиции? Мир меняется, человек меняется – и это верно. Что нужно возрождать, так это языческое мироощущение, языческий образ мышления. Мировоззрение порождает традицию, а не традиция определяет мировоззрение.
– Ну, вряд ли мы можем мыслить так, как древние.
– Можем. В таком образе мышления и заключается преемственность. И никак не в традициях и обрядах. Возрождать нужно языческое мышление, языческие ценности, языческую мораль. Это сложно, конечно, но это единственный путь, который может к чему-то привести. Хочешь пример?
– Давай, почему нет?
– Как ты считаешь, чем отличается человек, молящийся Христу, от человека, молящегося Перуну?
– Ну как… Один Христу, другой Перуну… Большая разница.
– А вот и нет. Разницы никакой. И знаешь почему? Потому что они оба молятся. То есть боги вроде бы разные. И обряды вроде бы разные. Но психология одна и та же.
Что нужно возрождать, так это бесстрашие, честность, справедливость наших предков. Надо возрождать такое отношение к богам, в котором нет ползания. А вместо этого Христа заменили Родом и все осталось как было.
Важно то, что некоторые люди, которые называют себя язычниками, или там родноверами, на самом деле следуют иудохристианским вероучениям. Почему? Потому что они привыкли так думать. И троица у них, и единственный бог, и все что хочешь. Они не изменили существа, они изменили слова, термины. Но знаешь, если на бутылку минералки наклеить этикетку с надписью Пиво, от этого минералка пивом не станет.
Мы должны прежде всего осознать сам факт своего богоотступничества. Затем обратиться к богам. И напоследок. Изменить наш образ мышления. У родноверов много хорошего, я не спорю, прежде всего, сама идея, попытка вернуться к древним, истинным богам. Но что плохо у родноверов – это практическая реализация этой идеи. Поэтому я лично никоим образом к родноверам себя не отношу. Я – неоязычница.
– Нео-?
– Конечно. Несерьезно утверждать, что родноверие является традиционным язычеством. Формально преемственность была нарушена, и было бы неправильно говорить, что язычество и родноверие – это одно одно и то же. Родноверия – порождение современной интеллигенции, мировоззрение которой не имеет ничего общего с мировоззрением древних язычников; искусственная конструкция, которая не способна породить хоть что-нибудь более-менее серьезное. Возрождать нужно было дух, а не форму. Когда возрождается форма, получается в лучшем случае низкопробное фэнтези.
– Хорошо, а твое учение – не такая же искусственная конструкция?
– Ни в коем случае.
– Почему?
– Потому что оно основано на восприятии мной высших сил, богов, а не на исторических реконструкциях. Понимаешь, есть разница между язычником, который общается с божествами, и исследователем, который изучает, как язычник с ними общается. А кто это исследователь? Это человек другого, неязыческого мировоззрения, он продукт христианской культуры через призму ХХ века. Поэтому он видит мир иначе, чем сам язычник.
Древний язычник был творцом. Он ощущал богов, общался с ними и на основании этого творил и мифологию, и философию, и ритуалы. Исследователь язычества – не творец. Он всего лишь изучает сотворенное другими и старается неудачно этому подражать. Соответственно, разница между древним язычником и современным родновером примерно такая же, как разница между Лермонтовым и исследователем его творчества. Да, исследователь творчества Лермонтова прекрасно знает его стихи. Он может долго размышлять, почему поэт употребил ту или иную метафору, он может знать, каким размером и по какому поводу написано то или иное стихотворение. У него только один недостаток – он не может писать стихи. Он – критик, комментатор, учёный. Но не поэт.
Поэтому и родновер не пытается творить, получив вдохновение от богов, как его предки, он всего лишь исследует то, что было у предков. Принцип прост. В древности была какая-то истина. Эта истина ныне утрачена. Поэтому следует изучать исторические источники и выяснить, какой она была, эта истина? И дальше следовать ей строго, не вводя ничего нового. Отсюда и все эти постоянные родноверческие псевдоаргументы «Этого не было у славян!», которыми они хлопают оппонентов из своей же среды. Они не понимают, что не важно, как оно там было у славян. Мы тоже славяне, и важно только то, как оно у нас. Что нам, – не им, древним, а именно нам, – говорят сейчас боги. Боги – вот источник язычества. А не исследователи.
– То есть?
– Понимаешь, каждая религия имеет свое основание. Когда восприятие людьми высшего переходит на другой уровень, появляются пророки, основатели новых религий. Первоначально новая религия всегда радикальна, оно противостоит старику и отвергает его, несмотря на то, что находится в непосредственной, живой связи с ним.
Но родноверы начали не так. Они с самого старта начали не как создатели, а как плагиаторы. Грубо говоря, им необходимо было свое евангелие – основа родноверия, но у них не было своего творца этой основы. Поэтому перед родноверцами было два пути и оба они оказались порочными. Первый – сделать основой чисто научные, исторические исследования. Второй – создать якобы древние тексты, совершив по сути акт обмана и фальсификации.
– А почему первый путь ты называешь порочным?
– Потому что исторических данных слишком мало. Исторические данные вообще сомнительный источник.
Представь себе, что прошло две тысячи лет с момента пятой мировой войны. Не осталось уже ни православия, ни книг, ни храмов, практически ничего – как ни осталось практически ничего от славянского язычества. И вот археологи будущего раскапывают могилу православного. И находят у мертвеца иконку, свечу и мобильный телефон в кармане. И вот учёный будущего пишет серьезную монографию «Православные похоронные обряды, сакральное значение мобильных телефонов и их роль в представлениях о загробной жизни». А какая-то группа людей пытается на основании этого и других монографий подобных реставрировать православие. Они объявляют себя православными священниками, делают из подручных материалов копии мобильных телефонов, ставят их на алтаре и пишут статьи типа «Роль мобильного телефона в спасении души». Все здесь есть – и ссылка на солидную работу солидного ученого, и исторический факт, согласно которому православные пользовались мобильными телефонами, и фотография археологической находки мобильника в христианской могиле. Серьезно, научно, обоснованно – и в то же время это дикий бред наряду с полным непониманием сущности и смысла православия.
Для нас, современников, очевидно, что между православным похоронным обрядом и мобильником никакой связи нет. Но для гипотетических реставраторов будущего такая связь несомненна, а как же – наука. Я, конечно, несколько упрощаю, но у родноверов дело обстоит примерно так же. То есть слышали звон, но не знаем, где он, и о чем, и почему, и зачем. И строятся предположения, что не что иное, как голое фантазирование на исторические темы.
– Ну а второй путь? Различные «Славяно-арийские веды» имеешь в виду?
– Именно так. Понимаешь, некоторые родноверы, они вот взяли и объявили себя волхвами и хранителями древней мудрости. Но в глубине души эти люди прекрасно понимают, что никакие они не волхвы, и потому вынуждены трусливо прятаться за воображаемой стариной написанных ими самими текстов. Появляются подделки, затем «переводы» подделок, пытаются поднять авторитет путем объявления подделок древними текстами, содержащими истину. Если за человеком стоит воля богов, ему не надо трусливо прятаться за басней типа – вот, я нашел в глухой сибирской деревне древние таблички трехтысячелетней давности, перевел их, а потом они таинственным образом куда-то исчезли, и не осталось ни доказательств, ни следов, кроме моих слов. Так поступил основатель религии мормонов Джозеф Смит. Так поступили Инглинги со «Славяно-арийскими ведами». В обоих случаях это ложь. Их можно понять, что религия нуждается в основах. Но наедине с самими собой основатели и писатели этих текстов знают, кто они на самом деле. Для этого компенсируют свою несостоятельность, отсутствие связи с богами, ложью о давности текстов.
– Но, насколько я знаю, многие родноверы открыто осуждают такой подход...
– Действительно, это так. Но что они предлагают? По-видимому, ничто не отвлекает от родноверия людей так, как сомнительность источников родноверия.
– Но что может служить источником религии?
– Источник религии – это боги, высшие силы. Умный, чувствительный человек всегда в состоянии отличить подделку от истины. Да, в религиозной среде есть много авантюристов и мошенников. Такие встречаются и в науке, но это не значит, что к любому ученому, выдвигающему новую идею, следует относиться как к авантюристу и мошеннику. В религии точно так же. Если бы не возникало новых религиозно-философских идей, то не было бы прогресса человеческого духа. А кто генерирует эти идеи? Их генерируют люди, взаимодействующие с высшими силами. Такие же люди, как и мы. Однако многим присуще абсурдное, алогичное по существу преклонение перед взглядами древних и презрение к новым идеям.
Почему-то считается, что если религиозной идее тысяча лет, то это уже делает ее правильной, а если религиозной идее три месяца, значит она ошибочна. Размышляя таким образом, можно считать настоящей идею, согласно которой земля плоская, и восхищаться ею, отвергая современные представления.
Абсурдно? Да, но многие именно так и рассуждают, забывая о том, что их любимые древние, уважаемые и авторитетные идеи когда-то, в свое время, были новыми и необычными идеями. Вот и в случае с родновериями мы наблюдаем то же самое, для них «древний» означает «истинный». Отсюда и попытки придать авторитет своим интеллектуальным фантазиям ссылками на старину.
Как работает такого рода мышление? Какой-то «волхв Мирослав» выдвигает такую, например, религиозную идею – бог Род пятерический в лицах, но единственный по существу. Ну, считает так этот самый «волхв», и хоть ему кол на голове теши. Однако если он откровенно скажет: «я так считаю, потому что мне стукнула в голову моча», никто его идею не примет. Эта идея будет названа безумной, начнется обычное «да кто ты такой, чтобы это утверждать» и так далее. "Волхв Мирослав" прекрасно это понимает. Поэтому он придает своей фантазии авторитетность, рассказывая примерно такую историю: «Ездили мы отдохнуть в тайгу, рыбку половить на далекой, забытой реке. Там я нашел камень времен ледникового периода, исписанный древними славянскими рунами. Я их переписал, потом, по возвращении, перевел. И выяснилось, что там было написано – «бог Род пятилетний в лицах, но единственный по существу». К сожалению, показать сам камень я не могу, потому что, во-первых, это нужно ехать в тайгу, а во-вторых, я забыл, где это место».
Люди умнее, конечно же, посмеются над потугами «волхва». Но люди глупее скажут: «Оо! Древнее сакральное славянское знание в чистом виде!» И мысль «волхва Мирослава», которую они, услышав от его имени, восприняли бы как бред, каким она и есть, внезапно становится для них истинной, еще бы, ведь она древняя! Смешно и грустно.
– Ну, в основном я с тобой согласен, но. А если этот самый Мирослав объявит себя пророком и подаст ту же идею как откровение богов?
– А ничего не произойдет. Нельзя вот так вот взять и назвать себя пророком. Пророком нужно действительно быть. Только настоящий пророк, слышящий голос богов, способен создать разумное, полноценное, жизненное учение. Пророков полно, но никто не смог сотворить чего-то великого. А почему? А потому, что должно было назваться, надо быть. Тогда и будет результат, и достойная религиозная философия, умная и жизнеспособная, открывающая новые горизонты и ведущая человека к высшему. Такую религиозную философию можно создать только при поддержке богов. Это критерий, согласно которому подлинный пророк отличается от мошенника.
– Но ведь и у родноверов есть такая философия?
– Правда? Ошибаешься. У родноверов нет никакой религиозной философии, да и вообще более-менее выразительного религиозного учения. Что такое с этой точки зрения родноверы как явление? Это не что иное, как свалка самых разных и подчас противоположных мнений. Один родновер считает так, другой да, а третий опровергает их обоих. Еще не успев появиться, родноверы раскололись на множество течений, представители каждого из которых по меньшей мере недолюбливают все остальные. Почитай в сети их межсобойчики: то у них очередной раскол, то очередная «чистка рядов», то просто один волхв назвал другого дураком только потому, что тот имел наглость с ним не согласиться по любому вопросу.
О чем это говорит? Такова ситуация показатель того, что отсутствует поддержка богов. Если бы родноверческие лидеры слышали голос богов, то их учение было бы единственным: согласись, что боги не станут учить волхва «А» одному, а волхва «Б» – прямо противоположному. Но среди них разброд и шатание в мыслях, что свидетельствует лишь о том, что эти мысли – человеческие. Отсюда и бесконечная потасовка между ними, потому что любую человеческую мысль можно обжаловать. А вот мнение богов – нет. И если бы они действительно слышали богов, среди них было бы единство чего не наблюдается. Поэтому нет такой религиозной философии как «родноверия». А есть свалка разных мыслей. И со всем этим лично я не хочу иметь ничего общего.
– Но разве и ты, и родноверческие лидеры не делаете, по сути, одно и то же дело?
– Конечно, нет. Я возрождаю дух язычества, языческое мышление, они возрождают форму. Причем такую форму, о которой, по сути, не имеют ни малейшего представления. Между тем, среди родноверов встречаются люди грамотные и уж они-то могли бы учесть опыт подобных реконструкций. Представь себе, что родновер каким-то образом стал президентом. Знаешь, что произойдет в этом случае?
– Родноверие станет государственной религией?
– Наш гипотетический президент-ридновер создал бы пародию на иудохристианство. Ну был бы праздник Купала вместо Рождества, и Перунов день вместо дня священномученика Власия. На куполах церквей вместо крестов появились бы какие-нибудь «коловраты». Вместо икон прихожане старательно кланялись бы изображением славянских богов. Появилась бы некая Родноверская Славянская Церковь. Вместо рая все стремились бы попасть в светлый теплые края. Языческие волхвы в национальной одежде проводили бы Истинный Славянский Обряд Освящения Автомобиля, как это делают сейчас православные священники. И вот тогда бы наш президент-ридновер сел бы и довольно подумал: «Ай, хорошо! Мы возродили славянское язычество!» А вот нет. Не хорошо. Потому что ценности, мораль, жизненные цели, само мышление людей остались теми же, иудохристианскими. Такого возрождения не стоит и копейки. А стоит чего-то, если человек перестал мыслить как иудахристианин и начал мыслить как язычник.
Если изменится личность, мировоззрение, система ценностей хотя бы одного человека – это будет важнее всех языческих капищ, идолов Перуна, славянских рубашек и родноверческих съездов вместе взятых.
– То есть возрождать язычество нужно из смены самого себя?
– Конечно. Потому что иного пути нет. Надо учить людей, как изменить свою личность, воспроизведив связь с богами и достичь тем самым радости бытия, возвышенности. Родноверия, грубо говоря, учат тому, как правильно воспроизводить славянские обряды. Но не обряды важны сами по себе, а те, кто их совершает. Люди очень часто обращают внимание на слова, на ярлыки, а не на сущность. Возьми евангелие от Матфея. Поставь повсюду вместо имени «Иисус» имя «Перун». Старайся следовать в жизни потому, что получилось. Все? Теперь ты язычник? Поэтому только, что обращаешься к Перуну, а не Иисусу, несмотря на то, что мораль и принципы сохранены?
– Нет конечно. Но родноверы так не поступают.
– Ошибаешься. Они поступают именно так. Правда, они не всегда это осознают. Язычником можно стать только тогда, когда произведешь полное, радикальное переустройство своего сознания. Когда научишься мыслить иначе. Когда твои ценности и идеалы так далеки от ценностей и идеалов православного соседа Коли, что последние кажутся тебе дикими. Искренне сдаются, заметь, а не формально провозглашаются. Вот с чего нужно начинать, а не историческими реконструкциями заниматься. Реконструкции эти – мусор. Неважно, что там было у древних славян. Ты сам кто? Вот ты? Что ты собой представляешь? Чего хочешь? Как ведешь себя в конкретной жизненной ситуации, какими ценностями и ориентирами руководствуешься? Вот о чем нужно думать.
– И что тогда? То есть – если человек произведет такое изменение личности?
– Тогда иудахристианство исчезнет само собой и язычество действительно возродится. Настоящее язычество, а не иудохристианская начинка в языческой славянской обёртке.
– Из всего вышесказанного я делаю вывод, что ты не одобряешь родноверие?
– Ну, «враждебно» это, должно быть, слишком сильно сказано. Понимаешь, я в целом уважаю людей, которые делают какое-то нужное дело. Не важно какую, ну, хотя бы машины ремонтируют в автосервисах. Однако для того, чтобы делать дело хорошо, одного желания маловато. Нужно еще и умение, и хоть какое-то осознание. Работник автосервиса принялся починить твою машину. Он делает это с лучшими намерениями, он искренне желает починить ее, чтобы ты, как клиент, остался доволен и заплатил ему деньги. Прекрасно. В твоей машине не работает мотор, человек обещает все починить. Но начинает починку машины как-то странно: даже не заглядывая в мотор, он красит дверь машины, меняет стекло и колеса, ставит новые сиденья и так далее. То есть занимается тем, что не нужно, игнорируя то, что необходимо и демонстрируя при этом свою некомпетентность и непрофессионализм. Новые колеса и краски – это хорошо, но мотор так и не работает. То есть у человека как бы благие намерения, но дело свое он делает плохо. В силу этого такой человек не заслуживает враждебного отношения, ведь он искренне пытается поступить как лучше. Но и уважения она не заслуживает тоже, поскольку некомпетентна.
Точно так же и с родноверцами. Я хорошо отношусь к ним по той причине, что они декларируют необходимость нужного и благого дела – возрождение язычества. Но я не могу уважать их за то, что они занимаются этим делом некомпетентно.
– А что делает человека компетентным в религиозных вопросах?
– Связь с богами. Только и исключительно связь с богами. Ни наука, ни философия, ни наличие огромных знаний не могут сделать человека компетентным в религиозных вопросах. Все это может быть инструментом, может помогать, но сам стержень должен быть другим. Всем этим идеологам родноверия, романтически настроенным кухонным интеллигентам и тому подобным реставраторам славянского язычества нужно было не читать книги, не исторические исследования проводить и не изучать журнал «Наука и религия», а обратиться к богам. Вот так вот просто взять и обратиться к богам. И молчать, пока не получат от них ответ. Но они этого не сделали, отсюда и результат.
– Результат?То есть у родноверов все же есть результаты?
– А как же. Определенный результат будет даже в том случае, если ты станешь лежать на диване и плевать в потолок. Ну, создали родноверы несколько религиозных организаций. Статей и книг понаписали, породили несколько невнятных религиозных доктрин, понаоткрывали интернет-сайты... А дальше-то что? Это все хорошо, но это вторично. Понимаешь, вторично. Настоящий результат – это не создание новой родноверческой общины, куда входят люди, в голове у которых намешана невеста что – от эзотерики и фэнтези до монструозной смеси православия со старшей Эддой. Истинный результат – это создание человека с другим мировоззрением и мышлением, язычника. Вот что действительно важно.
– Родновериям твои слова вряд ли понравятся.
– А зря. Умный человек, когда слышит критику в свой адрес, не начинает истерически взывать «Вы все дураки, ничего не понимаете, не правы по умолчанию, и вообще враги!», а пытается разобраться, обоснована ли критика? Действительно ли это так? Может быть, я в чем-то не прав?
То, что я говорю о родноверах – это, во-первых, чистая правда. Во-вторых, это прекрасно понимает и много родноверов. Но что хуже всего – это понимают и христиане, открыто издевающиеся над ошибками и несоответствиями родноверия. Конечно, иудохристианская церковь – это такая организация, которая имеет врожденную склонность мазать грязью все, что ей так или иначе противостоит. Христиане яростной ненавистью ненавидят все новые религиозные движения, независимо от того, чему эти движения учат. Но, тем более, не стоит давать им реальный повод для критики. Реального, я подчеркиваю, потому что если критика лживая и пристрастная, люди это поймут. Но если она справедлива, люди поймут это тоже.
И что произойдет тогда? Религию нельзя построить на лжи, на подделках и научных спекуляциях. Слово «рад» означает мистическое единство богов Ра и Действие». любой ученый-логист не оставит от них камня за пять минут, потому что это бред или возьми утверждение типа «В Антарктиде существовала могущественная праславянская цивилизация», ну что это? это нужно?Это таким образом родноверы формируют языческое сознание, забивая головы людей всякой чепухой?
– Ну, любое религиозное движение рождает своих мошенников.
– Верно, но это еще полбеды. Гораздо хуже, если шарлатаны порождают религиозные движения.
– Хорошо, ты вообще считаешь родноверов язычниками?
– В общем всех – нет. Некоторых, отдельно взятых родноверов, достигших определенного уровня осознания, бесспорно считаю. По большому же счету, родноверы сами запутались и других путают. Идея была хорошая, возродившая славянскую религию. А вот исполнение оказалось неважным.
Как вообще появилась религия у древних славян? С самого начала? Что, собрались волхвы и сказали: Да, сейчас будем религию создавать. Почитаем «язычество древних славян» Рыбакова, летописи, мифы, сказки изучим и сотворим». Да? Неверно. Не было еще ни Рыбакова, ни летописей, ни легенд. А было естественное, обыденное общение с божествами, в процессе которого творилась и мифология, и летописи писались, и религиозное учение развивалось. Не Рыбакова древние славяне изучали, а с богами общались. И возникла религия.
Что же родновирам мешает поступать так же? Живо ли слово богов менее важно, чем мнение того или иного историка? Религию нужно зачать, выносить и родить – как и человека. А родноверы пытаются родить человека, ковыряясь в могилах, вытаскивая обломки костей, связывая их проволокой и одевая в давно истлевшие одежды. Их религия – это мертвый голем, искусственно созданный интеллектуалами.
Религия наших предков – продукт живого откровения, данного богами каждому человеку. Повторяю, что мешает слышать богов вместо того, чтобы бесконечно копаться в противоречивых исторических фактах? Только одно – они сами, как иудохристиане по духу и продукты современного гуманизма по образу мышления.
– Так что же делать?
– Боги говорят с каждым. Просто некоторые не могут их слушать. Ну или не хотят. Сам подумай, откуда в этих твоих хваленых исторических источниках содержится знание о богах? Не святые же писали летописи, не святые сочиняли мифы. Все это делали люди, уже имевшие знания. И получили они его путём общения с богами, путём откровения. Считаешь ли ты, что древние были умнее нас, и могли то, на что не способны мы?
– Древние были едины с природой, могли чувствовать и понимать ее. Поэтому они были ближе к богам.
– Это еще одно забавное родноверческое заблуждение, порождение квартирной философии городских интеллектуалов. Приходит какой-то менеджер среднего звена домой, включает телевизор, садится в мягкое кресло и с сожалением говорит себе: «Ах, как жаль, что мы потеряли единство с природой!» И в свободное воскресенье он желает это единство восстановить. Ну, он берет машину, водку и едет километрах в сорока от города, на какую-то красивую полянку. Птички, рыбки, букашки – ай, хорошо! Почувствовали, так сказать, единство с природой. Такой...
Может быть, ты и прав, что древние были в чем-то мудрее... Мудрее в том, что не знали, что такое вообще «единство с природой». Ты вот спрятал в карман мобильник, поселился в высотном доме и думаешь, что одно это разъединило тебя с природой. А у предков были мечи и селились они в деревянных избах, и это с природой почему-то их не разъединяло. Так что деревянные стены не отделяют нас от природы, а железобетонные отделяют? И что такое вообще эта самая «природа»? Но природа – это мы сами. Ни одно живое существо не может «отделиться от природы» именно потому, что природа – это оно само. Неужели если жука в банке посадить, то он от этого перестанет быть частью биосферы? Не перестанет. Поэтому вся эта извечная тоска городских интеллектуалов по единству с природой – фикция. Это не более чем эпизодическая тоска по красивым лужайкам, а боги здесь вообще ни при чем.
