Анализируя вопрос о мотиве креста в древности, нетрудно прийти к выводу, что он являлся символом божества-солнца. Учитывая известную и довольно распространенную соляризацию божеств-солнца в различных религиях, и в случае с лужицкой и поморской культурами речь идет о солнечном божестве[1].
Ашлар из Бялы под Лодзью / фото Ratomir Wilkowski, лицензия CC3.0 (атрибуция)
Наиболее убедительно это демонстрирует так называемый «нарративный ритуал» на культовом сосуде из Бялы под Лодзью[2]. Он состоит из ряда упрощенных рисунков (идеографических знаков), среди которых преобладают человеческие фигуры, стоящие на спинах животных, и различные формы крестов. Человек, стоящий на спине животного в возвышенной позе, естественно, является не реалистическим, а символическим изображением.[3] Подобные фигуры, видимые на сосуде, — это души умерших, которые были героизированы. Они обладают преувеличенными, похожими на гребни руками. Это связано с тем, что в большинстве древнеславянских ритуалов гребень фигурирует в контексте диалектики высших сил, то есть Солнца и Луны. Это было связано с молниеподобными электрическими разрядами, которыми обычно сопровождалось расчесывание волос костяными гребнями (которыми пользовались, в частности, представители поморской культуры). Ассоциация образа гребня с линиями неба — либо через соединяющие их линии, либо через руки, тянущиеся вниз с неба[4] — позволяет интерпретировать этот образ как символ космической энергии[5]. Так, фигуры «героев» или «полубогов», изображенные на пепельнице из Бялы, имеют огромные гребнеобразные руки, поскольку участвуют в овладении «небесными» огненными силами — молнией и громом.
Один из крестообразных знаков, изображенных в основании сосуда, руки которого заканчиваются аналогично рукам человеческих фигур, выражает общую теологическую концепцию, являясь в то же время абстрактным изображением высших сил и их прерогатив[6]. Таким образом, наши предки представили концепцию Бога, которую они не могли выразить никаким другим конкретным способом, а только через абстрактный знак. Знак, который мы называем «Руки Бога».
Четыре громовые руки, образующие крест, простираются в четырех направлениях мира, обнимая его жестом силы и заботы. В четырех полях между руками этого «протославянского креста» мы видим, в свою очередь, четыре сломанных креста (swargs). Они гораздо древнее, поскольку являются индоевропейскими знаками, символизирующими солнечное божество. На данном изображении представлены четыре правосторонних сварга: два с одинарными концами и два с двойными. Таким образом, они символизируют не одну, а две фигуры «небесного огня». Два аспекта божественности: Солнце и Молния. Первые две свары обозначают силы солнца, а те, что с удвоенными преломленными руками (поскольку они выражают большую динамику движения), — силы молнии[7].
Таким образом, весь символ «Руки Бога» выражает Верховную Божественность в двух ее аспектах: солнечном-огненном и властном-защитном. Большой центральный крест, руки которого заканчиваются пальцами (гребнями), символизирует Верховного Бога, а также Вселенную и равновесие, к которому стремится природа. Шпаги, расположенные между этими руками, представляют собой атрибуты божественного причинного элемента. Таким образом, в целом это символ Всеобъемлющей и Вездесущей Силы, которой поклонялись сначала в виде четырех рук, протянутых в четыре стороны света, а затем в виде единого столпа с четырьмя лицами, Святовида Збручского.
Символ «Руки Бога» из сосуда, обнаруженного в центре Польши в Бяле под Лодзью, несомненно, является исконным, местным символом, происходящим и пришедшим с этой земли. Он приписывается людям пшеворской культуры, первоначально считавшейся протославянской, а в свете последних исследований[8] также связанной с вандалами (которые во время своего великого переселения оставили в этой местности значительное число своих сородичей,[9] большинство из которых впоследствии были ассимилированы славянами[10]). [11] С появлением археологических материалов, особенно с увеличением количества источников раннего средневековья, предполагается, что на территории Польши существовало перекрытие между так называемым периодом римского влияния, в который развилась культура пшеворских могил, и ранним средневековьем.[12] На преемственность между людьми пшеворской культуры и населением западных славян указывают также антропологические и генетические исследования. Сам символ также отражен как один из очень многих поздних мотивов пасхального яйца[13].
Содержание взято из публикации «Родная церковь Польши: Устав — История — Программные предположения — Богослужение — Этика — Ритуалы», 2013.
Сноски:
_____________________________________
[1] Bogusław Gediga — Motywy figuralne w sztuce ludności kultury łużyckiej, Ossolineum, Wrocław 1970.
[2] Сосуд был найден в 1936 году на археологическом памятнике в Бяле, Лодзинское воеводство. Пепельница датируется
