Жили мужик да баба и не знали, что' есть за работа; а была у них собака, она их и кормила и поила. Но пришло время, стала собака стара; куда уж тут кормить мужика с бабой! Чуть сама с голоду не пропадает. "Послушай, старик, — говорит баба, — возьми ты эту собаку, отведи за деревню и прогони; пусть идет куда хочет. Теперича она нам не надобна! Было время — кормила нас, ну и держали ее". Взял старик собаку, вывел за деревню и прогнал прочь.
Был у старика сын дурак. Просит дурак, чтобы отец его женил: "А если не женишь — всю печку разломаю!" — "Как я тебя женю? У нас денег нету". — "Денег нету, да есть вол; продай его на бойню". Вол услыхал, в лес убежал. Дурак опять пристает к отцу: "Жени меня, не то всю печку разломаю!" Отец говорит: "Рад бы женить, да денег нету". — "Денег нету, да есть баран; продай его на бойню". Баран услыхал, в лес убежал. Дурак от отца не отходит: "жени меня", да и только. "Я же тебе говорю, что денег нет!" — "Денег нету, да есть петух; заколи его, испеки пирог и продай". Петух услыхал, в лес улетал.
Шел бык лесом; попадается ему навстречу баран. "Куды, баран, идешь?" — спросил бык. "От зимы лета ищу", — говорит баран. "Пойдем со мною!" Вот пошли вместе; попадается им навстречу свинья. "Куды, свинья, идешь?" — спросил бык. "От зимы лета ищу", — отвечает свинья. "Иди с нами!" Пошли втроем дальше; навстречу им попадается гусь. "Куды, гусь, идешь?" — спросил бык. "От зимы лета ищу", — отвечает гусь. "Ну, иди за нами!" Вот гусь и пошел за ними. Идут, а навстречу им петух. "Куды, петух, идешь?" — спросил бык. "От зимы лета ищу", — отвечает петух. "Иди за нами!"
У одного барина было много животины[[1 — Скота.]]. Только что он принял[[2 — Принять — бить и свежевать скотину.]] пять барашков, из шкурок ихних выделал овчинки и стал себе шубу шить. Призвал портного. "Ну, — бает, — сшей мне шубу". Тот померил-померил; видит, что не хватит ему пол-овчинки на шубу. "Мало, — бает, — овчин, не хватает на клинья". — "Эвтому делу можно пособить", — бает барин и велел лакею своему у одного барана содрать шкурку с одного боку. Лакей так и сделал, как барин баял. Только что этот баран рассерчал на барина, подозвал к себе козла. "Пойдем, — бает, — от этакого лиходея; в лесу пока можно жить, травка есть, водицу найдем, сыты будем". Вот они и пошли. Пришли в лес, сладили шалашу', и ну по ночам ночевать. Живут себе да поживают да травку поедают.
Коза рухлена, половина бока луплена!.. Слушай, послушивай! Жил-был мужик, у него был зайчик. Вот и пошел мужик на' поле; тут увидал он: лежит коза, половина бока луплена, а половина нет. Мужик сжалился над нею, взял ее, принес домой и положил под сарай. Пообедав и отдохнув немножко, вышел он на огород, и зайчик с ним. Тут коза из-под сарая в избу пробрала'сь и там крючком заперлась.
Сидит козел да плачет: он послал козу за орехами; она пошла и пропала.
Жил себе мужик, у него была добрая собака, да как устарела — перестала и лаять и оберегать двор с амбарами. Не захотел мужик кормить ее хлебом, прогнал со двора. Собака ушла в лес и легла под дерево издыхать. Вдруг идет медведь и спрашивает: "Что ты, кобель, улегся здесь?" — "Пришел околевать с голоду! Видишь, нынче какая у людей правда: покуда есть сила — кормят и поят, а как пропадет сила от старости — ну и погонят со двора". — "А что, кобель, хочется тебе есть?" — "Еще как хочется-то!" — "Ну, пойдем со мною; я тебя накормлю".
Жил-был старик да старуха, детей у них не было. Старуха и говорит старику: "Старик, сходи по дрова". Старик пошел по дрова; попал ему навстречу медведь и сказывает: "Старик, давай бороться". Старик взял да и отсек медведю топором лапу; ушел домой с лапой и отдал старухе: "Вари, старуха, медвежью лапу". Старуха сейчас взяла, содрала кожу, села на нее и начала щипать шерсть, а лапу поставила в печь вариться. Медведь ревел-ревел, надумался и сделал себе липовую лапу; идет к старику на деревяшке и поет:
Скрипи, нога,
Скрипи, липовая!
И вода-то спит,
И земля-то спит,
И по селам спят,
По деревням спят;
Одна баба не спит,
На моей коже сидит,
Мою шерстку прядет,
Мое мясо варит,
Мою кожу сушит.
В одной деревне жил-был мужик, у него была собака; смолоду сторожила она весь дом, а как пришла тяжелая старость — и брехать[[1 — Лаять.]] перестала. Надоела она хозяину; вот он собрался, взял веревку, зацепил собаку за шею и повел ее в лес; привел к осине и хотел было удавить, да как увидел, что у старого пса текут по морде горькие слезы, ему и жалко стало: смиловался, привязал собаку к осине, а сам отправился домой.
Жила-была коза, сделала себе в лесу избушку и нарожала деток. Часто уходила коза в бор искать корму; как только уйдет, козлятки запрут за нею избушку, а сами никуда не выходят. Воротится коза, постучится в дверь и запоет: "Козлятушки, детятушки! Отопритеся, отворитеся! А я, коза, в бору была; ела траву шелкову'ю, пила воду студену'ю. Бежит молоко по вымечку, из вымечка в копытечко, из копытечка в сыру землю!" Козлятки тотчас отопрут двери и впустят мать. Она покормит их и опять уйдет в бор, а козлятки запрутся крепко-накрепко.